– Не надо, – глухо сказала она, морща лоб.
– Не узнаю тебя, – с сухим смешком произнес Китаец, вдыхая свежий аромат, исходящий от Стасиной кожи, – сегодня утром ты была такой…
– Пусти меня! – вскрикнула женщина, барахтаясь в его объятиях.
– Ждешь Леонида Сергеевича? – насмешливо взглянул он на нее. – А я думал, что мы с тобой еще позабавимся…
– Твой цинизм неуместен, – прошипела Стася, – да выпусти ты меня наконец!
Владимир расцепил руки, и красотка, в очередной раз брыкнувшись, едва не упала. Она отлетела к креслу и неловко приземлилась в него.
– Мой тебе совет: не делай резких движений, – улыбнулся Танин.
– Да что ты себе позволяешь! – вознегодовала Стася.
Ее щеки, порозовевшие от недавнего купания, покрылись лихорадочным румянцем.
– Ладно, не буду тебя истязать своим присутствием, – великодушно сообщил он, – скажи мне только одну вещь: ваша фирма ведет дела с «Геликоном»?
– Ведет, а что? – с вызовом спросила красотка.
– Сколько было акций у Замятина?
– У кого? – Она разыгрывала удивление.
– Не прикидывайся, что не знаешь такого. Это бывший генеральный «Геликона».
– Я не занимаюсь непосредственно «Геликоном», поэтому неудивительно, что не знаю его генерального.
– Знаешь, – уверенно произнес Китаец. – Так сколько у него было акций? – повторил он свой вопрос.
– Это коммерческая тайна, – усмехнулась женщина, – почему я должна тебе это сообщать?
– Потому что эта информация нужна мне, чтобы помочь твой сестре. Или ты не хочешь, чтобы она вышла из-за решетки? – Владимир с пристальным недоверием посмотрел на нее.
– Сорок два процента, – процедила Стася. – Это все?
– Много, – призадумался Китаец.
– Наверное, поэтому он и был президентом, – подковырнула она Танина.
– Наверное, – он рассеянно взглянул на нее, – а ты, значит, занималась «Золотым рогом»? По-сестрински?
– На что ты намекаешь? – возмущенным голосом спросила женщина.
– Ни на что, – улыбнулся Владимир. – Ильина сказала мне, что именно ты приходила от «Консалт-сервиса» для подписания договора, только вот Олег не захотел ничего подписывать.
– Что она тебе еще сказала? – В Стасиных глазах молнией полыхнула ненависть.
– Ничего существенного, – беззаботно отозвался детектив. – Лидии предложили продать принадлежащие ей акции ресторана, а если она заупрямится и не захочет их продать, пригрозили физической расправой. Вот мне и странно, что тебе пока аналогичного предложения не поступало. Ведь, если твоя сестра не выйдет из тюрьмы, в твоем распоряжении окажется шестьдесят процентов! Раз такой сыр-бор начался из-за десяти процентов, то, согласись, почти невероятно, что потенциальной обладательнице шестидесяти никто не предложил их продать!