Да, собственно, и втроём ронины быстро одолели тэнгу, завалив их трупами почти всё плато. Тэнгу оказались не лучшими бойцами, и даже серьёзное численное преимущество не помогало им, а скорее мешало. Они толкались, теснились, не давали друг другу толком ударить врага. Гибель тварей стала вполне закономерным итогом схватки.
— Ха! — восторженно воскликнул Кикутиё. — Вот это драка! Как мы их, а?! — Он хлопнул по плечу Набисабуро, будто тот был его давним другом.
Бритоголовый ронин неодобрительно покосился на него, погладил голову, но ничего говорить не стал.
А Цумимото обернулся к хижине. Ясуока сидел на её пороге, зашнуровывая свой чехол.
— Что же у тебя там? — спросил Цумимото, подходя к нему.
— То, что позволило поднять тревогу и прикончить тэнгу, — пожал плечами Ясуока, кладя чехол в ногах.
— Я слышал пару раз звук, вроде того, что разбудил нас, — задумчиво произнёс Цумимото. — Близ острова Танегасима.[15]
— Никогда не был там, — ответил Ясуока, потуже затягивая завязки на чехле.
— Что теперь делать с этой падалью? — спросил у всех сразу Кикутиё, пиная труп тэнгу. — Жарко. К утру они вонять будут, и падальщики всякие соберутся.
— Да, — согласился Набисабуро, — нормально отдохнуть с такими соседями не получится.
— С того края, — махнул рукой Цумимото, — плато обрывается в пропасть. Можно покидать трупы тэнгу туда.
— Так и сделаем, — кивнул Набисабуро. — Ясуока-сан, оставайся дежурить, а мы займёмся телами.
— Я и без того достаточно перемазался в крови тэнгу, — капризно-брезгливым тоном сообщил Цумимото. — Останусь дежурить с Ясуокой-сан. А то по следам этих тэнгу ещё какие твари заявятся.
— Руки пачкать не хочешь? — шагнул к нему, встав практически вплотную, Кикутиё. — А дохлых тэнгу понюхать не хочешь? Можем оставить одного. Специально для тебя!
— Остальные тоже будут вкушать этот преизысканнейший аромат вместе со мной, — сладко улыбнулся Цумимото. — Так что в этом все будем равны, а рук я, всё равно, не запачкаю.
Кикутиё вскинулся, затряс руками, зачем-то подпрыгнул, делаясь похожим на обезьяну. Но быстро успокоился и отправился вслед за невозмутимым Набисабуро убирать трупы тэнгу. Цумимото же зашёл в хижину, опустился на пол и принялся чистить меч от крови тэнгу. При этом он постоянно косился то на Ясуоку, то на его чехол.
— Думаешь, я не успел заметить твой мушкет, — наконец, вымолвил он. — Хватит его прятать от остальных.
— Это уже моё дело, Цумимото-сан, — отрезал Ясуока, — что мне делать с моим оружием.
— Не хочешь доставать, лучше выбрось в пропасть вместе с трупами тэнгу, — иронически посоветовал тот. — Пока он валяется незаряженный у тебя в чехле, толку от него никакого. А в замке Горной ведьмы у тебя, Ясуока-сан, вряд ли будет время, чтобы вытащить его из чехла. Да и напади те же тэнгу на тропе, тебе пришлось бы бросить его и сражаться мечом. И для чего тогда без толку таскать эту тяжесть на плече?