– А чем займемся в следующее воскресенье? – спросила я, а потом встала и направилась к качелям.
Мой внезапный маневр, должно быть, застал Эвана врасплох, потому что, когда я повернулась, чтобы сесть на пластиковое сиденье, его рядом не оказалось.
– Хм… – начал он, направляясь ко мне. – Дай подумать. – И с легкой ухмылкой сел рядом со мной.
– Я бы не отказалась снова поиграть в бейсбол, – заявила я. – Но уверена, что ты не захочешь, поскольку всю неделю только это и делал.
– Ладно, что-нибудь придумаю, – пообещал он. – Но раз уж мы занялись повторением пройденного, мне кажется, что у друзей не может быть секретов и теперь ты должна мне рассказать, с кем впервые поцеловалась.
У меня слегка похолодело в груди.
– А зачем тебе это знать? – спросила я.
– Он ведь не из нашей школы, так? – ответил вопросом на вопрос Эван.
– Нет, – покачала я головой. – Я познакомилась с ним прошлым летом, когда ездила с Сарой в Мэн. Он даже не знал, где я на самом деле живу.
– Очень мило, – улыбнулся Эван. – Твой первый поцелуй был с парнем, который вообще о тебе ничего не знал.
– Ну, я, конечно, ему наврала, но не
все, – попыталась оправдаться я.
– Бедняга. Но вы ведь только целовались, да? – спросил Эван, и в голосе его слышалось явное беспокойство.
– Ты прекрасно знаешь ответ, – сказала я. – А вот как насчет тебя? Я, конечно, верю, что с Хейли у тебя ничего не было, но ты никогда не говорил…
Мне неудобно было спрашивать его прямо в лоб, занимался ли он когда-нибудь сексом. Да и хотела ли я это знать? У меня в душе шла внутренняя борьба. Меня, конечно, мучило любопытство, но в то же время я не могла представить его с другой.
Эван как-то странно притих. И я уже хотела ему сказать, чтобы забыл о моем вопросе.
– В Сан-Франциско она была моим самым близким другом, – признался он. У меня болезненно сжалось сердце, я не была готова к такому ответу. – Мы, наверное, с год просто дружили, а потом решили, что созрели для более серьезных отношений. Мы доверяли друг другу, и вот прошлым летом это наконец случилось. Но потом все было уже не то. Мы оба поняли, что нам стоило остаться просто друзьями, но поезд уже ушел.
– Бет? – прошептала я, вспомнив, что он упоминал о ней в тот вечер, когда знакомил меня с родителями.
– Да.
– О… – потупившись, в замешательстве протянула я.
– Тебе это неприятно? – осторожно спросил он.
– Тогда я не знала ни тебя, ни… – пожала я плечами. – Хотя мне действительно неприятно представлять тебя с другой девушкой.
– Я понимаю, – ответил он, и меня сразу кольнуло чувство вины.
– А она тебя до сих пор волнует? То есть я хочу сказать… Ты ее видел, когда вернулся назад? – Я так напряженно ждала ответа, что мне стало не по себе.