- Ты чего? - поинтересовался ангелочек, удивленный моей вспышкой веселья.
- Да так... Просто думаю о мыслях прохожих, - мои губы разошлись в улыбке, пока глаза смотрели на недоуменное лицо девушки. - Сама посуди пара альбиносов с двумя детьми и все четверо похожи друг на друга...
- Можешь не продолжать, - сердито фыркнула она. - На наших детей они явно не похожи. Твоя рожа там не просматривается.
- Так же как и твой ангельский лик, - парировал я.
- Ах ты... - начала закипать Лира и попыталась ткнуть меня кулаком в ребра, но я легко увернулся.
Продолжая беседу в таком ключе, мы дошли до развилки.
- Ну, все пора прощаться, - я улыбнулся детям. - Понравилась прогулка? - Настя радостно закивала, а Михаил хмуро буркнул:
- Единственный стоящий момент в этом трех часовом шатании - это этот магазинчик. Зачем ты нас вообще потащил в город?
- Чтобы твои мозги очистились от плесени тех книжек, которыми ты зачитываешься! - огрызнулся я. Мальчик хотел что-то ответить, но Лира поспешно встряла в нашу перепалку.
- Ладно, детвора, идите домой, - она улыбнулась глядя на меня. - Я еще немного прогуляюсь и приду. Скажите отцу, что у меня есть ключи.
Настя протянула ко мне ручки и, дождавшись пока я присяду на колено, обняла за шею. Я слегка прижал её к себе.
- До свиданья, - прощебетала она и направилась к многоэтажке, виднеющейся невдалеке.
- Пока, Баньши, - буркнул пацан и направился вслед за сестрой, провожаемый моим яростным взглядом. Несколько секунд я просто смотрел ему в след, затем сплюнул и вытащил очередную сигарету.
- Ты слишком много куришь, - с укором сказала Лира. - Хочешь угробить себя в расцвете сил? И вообще, когда ты начал?
- Пару месяцев назад, - моя злость уменьшалась с каждой затяжкой. - А если бы один мелкий засранец не трепал мне нервы, то курил бы меньше.
Мы шли по аллее, которая начала медленно спускаться к реке. Лира молча переваривала мой ответ, чтобы продолжить разговор. К тому времени пока сформировались её мысли, я успел выкурить еще две сигареты, а асфальт дорожки превратился в крупнозернистый песок пляжа.
- Ты его ненавидишь, - вынесла моя спутница вердикт печальным голосом. - Раньше ты относился к нему иначе, - она посмотрела на меня, пытаясь предугадать мой ответ.
- Я ненавижу то, чем он может стать, - мой голос был сух, как пески пустыни.
- Он всего лишь ребенок. Скажешь, ты не увлекался мистикой, когда тебе было тринадцать?
- Не так фанатично, Ангел, - я назвал Лиру, так же как называл ее, когда нам было по тринадцать лет. - Не так фанатично. Если честно, меня пугает его тяга ко всей этой чертовщине.