Проклятье. За несколько последних дней он видел этих громадных пистолетов больше, чем за всю предшествующую часть жизни. Не иначе, какой-то торговец оружием устроил распродажу со скидкой — и весьма серьезной скидкой, — чтобы убедить «Мухабарат» переключиться с не слишком надежного, но недорогого и широко распространенного «стечкина», русского аналога «вальтера ППК»[55], на эти громадины.
Спустившись в вестибюль, он решительно направился в голову очереди будущих постояльцев, которые сразу начали протестовать. Не обращая ни на кого внимания, Лэнг обратился к регистратору, сразу протянув ему десятифунтовую купюру.
— Я срочно уезжаю. Мой паспорт, пожалуйста.
Негодующая очередь все еще продолжала роптать, когда Лэнг быстрыми шагами пересек вестибюль, успев заметить изумление на лице портье, поспешно скрывшегося в комнатушке позади своей стойки.
Дневная каирская жара обрушилась на Лэнга, как удар молота. Пока он крутил головой, высматривая такси, которых, к его изумлению, на стоянке перед отелем не оказалось, рубашка успела пропитаться потом и прилипнуть к спине.
Он попытался сообразить, как можно быстрее всего попасть в аэропорт, но тут обстоятельства заставили его импровизировать.
Из вращающейся двери гостиницы вывалились Труляля и Траляля. Вероятно, простыни в гостинице все же делали из второсортного хлопка, да и удар по колену оказался не столь сильным, как понадеялся Лэнг.
Лэнг кинулся бежать как раз в ту секунду, когда они заметили его.
Нечего и сомневаться, что вдвоем они быстро справятся с ним, если не применять оружия, а на стрельбу, как совершенно верно сказал один из этих типов, сразу слетится полиция.
Прямо перед Рейлли находился оперный театр, а на противоположной стороне улицы красовалась красная буква «М» в синей восьмиконечной звезде — эмблема каирского метро.
Чуть не сбив с ног женщину с ребенком, Лэнг кинулся туда, перепрыгивая через две ступеньки сразу.
Ему повезло — поезд только-только подошел, из него высаживались пассажиры. Даже на бегу Лэнг успел заметить, насколько в метро чище, чем на улицах. Порадовавшись тому, что сохранил мелочь, он вложил монеты в автомат; через секунду раздался щелчок, и в руке у него оказался билет. Лэнг знал, что за поездки до разных станций здесь нужно платить по-разному, но сейчас его это не волновало. Можно было бы сэкономить несколько секунд и перепрыгнуть через турникет, но это обязательно заметил бы дежуривший на платформе полицейский.
Рейлли устремился было к ближайшему вагону, но вовремя сообразил, что первые два предназначены для женщин и виновато улыбнулся уже повернувшемуся к нему полицейскому. Тот, судя по всему, нисколько не удивился ошибке, столь типичной для туристов с Запада.