— Вы хотите сказать, что?..
— Я хочу сказать, что ваш болид взорвали нитроглицериновой бомбой. И вы сами сейчас это поняли. Пластмассовая емкость с магнитом была приделана, возможно, к внутренней поверхности колесного диска. При движении машины диски вращаются и быстро нагреваются.
— Боже мой! — вырвалось у Брэндона. — Но кто?! Дьявол их побери, кто это сделал?!
— Это сделала Эмма, — комиссар отодвинула пустую чашку и, поднявшись, прошлась по комнате. — Даниэль, теперь уже можно. Что за ссора произошла у вас с ней за неделю до гибели Джанкарло?
Лоринг сжал руками виски:
— Постойте, голова идет кругом! Ничего особенного не произошло. Да, я был резок, но… Просто Эмилия меня уже достала! Встретила в аэропорту, чуть не у трапа. А там — куча репортеров. Уехал домой — так она и сюда приперлась! Я по глупости ее впустил. Она разделась, влезла голая в бассейн и зовет: «Иди ко мне!» Ну, тут я вышел из себя. У нас — тренировки, скоро заезд, машина ведет себя из рук вон скверно, а пассия патрона насилует меня своей любовью! Я вызвал охрану, велел выудить «рыбку» из воды, одеть и отправить ко всем… Словом, затолкать в ее машину и выкатить за ворота. Чего она мне только ни кричала, как ни обзывала! Наверное, я был и в самом деле очень груб, но ведь это не один год длилось. И… Если честно, я думал, что ей взбредет в голову меня убить, только ждал чего-то вроде пистолета-малявки или ножа. А машину взрывать! Сама бы она не додумалась. Кто-то ей подсунул эту книжку и научил.
— Это само собой, — хмурясь, проговорила Айрин. — И я, кажется, знаю, кто именно. Установить мину Эмма могла вечером, после квалификации, когда находилась в боксах «Лароссы» вместе с Кортесом и его свитой. Просто отстала от остальных и, скажем, сделала вид, будто что-то потеряла. Это, скорее всего, заметил ее брат Джанкарло. Вот почему он сказал Дэйву Клейну: «Мне не понравилось поведение одного человека у нас в боксах!» Заметьте — «поведение», а не «появление». Он имел в виду вовсе не Брэндона, прихода которого вообще не видел, потому что к тому времени уже уехал. Висконти не знал, что именно делала Эмма возле болида, но ему показалось подозрительным уже то, что она там терлась. Когда Клейн ему предложил сообщить о своих подозрениях Грэму Гастингсу, Джанкарло сказал: «Не могу — это родственные отношения». И снова Клейн ошибочно решил, будто его товарищ намекает на Брэндона. Механик осмотрел машину, но снаружи заметить мину было невозможно, а забраться под фюзеляж он не догадался. Он-то искал какие-то повреждения, а никак не взрывное устройство! О мстительности своей сестрицы Джанни знал отлично, но такое ему и в голову прийти не могло. Однако тревога его не оставляла, и он совершил вопиющее нарушение правил — выехал на трассу, чтобы проверить: не потерял ли болид управления и ходовых качеств? Он очень любил вас, Даниэль, и боялся за вас!