— Хорошо, — ровным голосом сказала я, — теперь многое прояснилось. Я не сомневалась, что возвращается машина моего преследователя. На самом деле это был мистер Имярек, который выехал на шоссе из своего дома. Но это никак не отменяет того факта, что кто-то столкнул меня с дороги в сугроб.
Детектив Пиховски снова поджал губы так, что они совсем спрятались под усами. И произнес с неожиданной отеческой теплотой в голосе:
— Не стану отрицать вашу формулировку «кто-то столкнул меня с дороги в сугроб». Однако в протоколе с ваших слов записано черным по белому: вы резко притормозили. Вполне естественно, что ехавшая за вами машина врезалась в вашу.
От его логики хотелось на стену лезть. Знаю, детектив обязан не доверять, детектив обязан проверять… но зачем же в землю втаптывать?
— Это не просто ехавшая за мной машина! — воскликнула я. — Тот тип преследовал меня, был предельно агрессивен. Он… он как минимум устроил аварию на дороге и удрал с места происшествия!
— Верю вам на слово, что он был «предельно агрессивен». Но в наших краях полно хулиганов на дорогах. И особенно они распоясываются на лесных дорогах, где нет свидетелей. Им плевать на гололед, на туман и так далее. Вчерашний инцидент я представляю себе так: кто-то из подлого баловства ехал впритык за вами, включив дальний свет. Хотел попутать, поиграть на нервах. Вы решили оторваться, ваш джип занесло, вы ударили по тормозам — и хулиган чисто случайно в вас въехал. Разумеется, вы пострадали. Разумеется, я вам сочувствую. А что этот тип бросил вас в сугробе — это нарушение. Будем его искать. Повезет найти — накажем. Но я уверен, этот тип хотел только поиграть на ваших нервах и то, чем все кончилось, было для него самого малоприятным сюрпризом.
До этого я не хотела рассказывать про то, что случилось со мной в пустой нью-йоркской квартире Джейми — я туда как-никак без разрешения проникла. Однако теперь выбора не было.
Я быстро изложила ему свое манхэттенское приключение, ожидая увидеть хоть искру интереса и сочувствия.
Однако Пиховски и тут лишь тряс головой и прятал губы за усами.
— Конечно, случай гнусный, — сказал он наконец. — Но для Нью-Йорка вполне типичный. Сумасшедший город. Кишит всякими придурками.
— Да, сумасшедший город, — согласилась я.
Все ясно — этого ничем не прошибешь.
По-своему он прав, у меня нет никаких доказательств. К тому же меня угораздило ошибиться насчет того, кто шел за мной по лесу. И это серьезно подорвало веру детектива в прочие мои откровения.
Возможно, Пиховски даже втайне решил, что я врушка, писака с богатым воображением и пытаюсь разыграть в жизни высосанный из пальца сюжет, чтобы потом выдать его за правду и со смаком описать свою выдумку в очередном криминальном рассказе.