— Меня уверяли, что она проявила возмутительную небрежность. Значит, это неправда?
— Конечно, неправда! Мелани аккуратная до ужаса. Что она одну ошибку могла допустить — это еще куда ни шло, со всяким случается. Но чтобы она три ошибки кряду совершила — режьте меня, не поверю! К примеру, насчет одной своей ошибки — в кавычках — Мелани рассказывала так: обслуживание приходилось на день ее рождения, и поэтому она четко запомнила, как она вписывала имя клиента в календарь. А потом это имя оказалось в квадратике с другой датой.
— Мелани думала, что кто-то с умыслом устроил путаницу? Что кто-то подставил или ее, или Пейтон?
— Ну да.
— Мелани — твоя подруга, понимаю… И все-таки не могу не спросить: а может, она сама смухлевала с датами?
— С какой стати? — возмущенно воскликнула девушка. — Какой ей от этого прок?
— Может, Пейтон была с ней не очень вежлива и задела ее чувства, — сказала я, стараясь быть предельно деликатной в выборе слов. — И Мелани захотелось отомстить — сорвать свою злость, причинив вред фирме.
Девушка печально покачала головой:
— Вы попали пальцем в небо. Пейтон была для Мелани примером. Она мечтала быть такой, как Пейтон. Даже когда миссис Кросс была совершенно невозможной, Мелани ее защищала — дескать, иначе не добьешься успеха.
Ладно, решила я, хватит ее напрягать.
На прощание я попросила телефон Мелани. Девушка вынула из сумочки розовую записную книжку и продиктовала мне номер.
Я зашагала к своему джипу, продумывая услышанное.
Садясь в машину, я почувствовала, что у меня желудок подводит от голода. Утром я сжевала круассан без всякого интереса, но теперь во мне пробудился зверский аппетит. Перехватить чего-нибудь на кухне? Мне, конечно, не откажут. Но время сейчас дорого, а там можно увязнуть надолго (на стоянке я видела «рэнджровер» Пейтон — стало быть, она уже приехала).
Я решила перед визитом к Эндрю Фланигану перекусить в одном из кафе на главной улице.
На Гринвич-авеню кипела жизнь. Я с большим трудом нашла место, чтобы втиснуть свой джип, затем, пройдя полквартала пешком, заглянула в небольшое кафе под бело-голубой маркизой. Там сидела группка хорошо ухоженных женщин лет тридцати — похоже, ученицы каких-нибудь курсов по домоводству пьют кофе после занятий. В глубине кафе было пусто — я устроилась за самым дальним столиком и положила перед собой записную книжку.
До одиннадцати оставалось несколько минут, поэтому завтрак еще подавали. Я заказала омлет с грибами и, пока ждала, почти залпом выпила полторы чашки кофе, подливая себе из кофейника.
До омлета я успела законспектировать самую поганую часть дня — беседу с детективом Пиховски.