Первая мысль мелькнула — отказаться. В прошлой жизни я был коммунистом много лет и с болью наблюдал, как наша партия буквально на глазах превращается в сборище карьеристов и подхалимов, пользующихся членством в ней для обделывания своих дел и улучшения материального положения. Но больше всего в моей памяти осталось, как эти люди потом демонстративно жгли свои партбилеты, утверждая, что всегда были в первых рядах борцов с коммунизмом. Но потом я подумал, что если я планирую через теперь уже два с половиной года переехать в Москву, то неплохо прибыть туда уже членом КПСС.
Когда я дома сообщил, что мне предложили стать кандидатом в ряды КПСС, мой отец был очень удивлен.
— О чем они в вашем парткоме думают, предлагая вступать в партию соплякам? Чем ты заслужил такое доверие? — возмущался он.
— Но, папа, ты же сам вступил в партию, будучи немногим старше.
— Что ты сравниваешь! Шла война, и я должен был быть коммунистом. Я сам вступил в партию и других агитировал. Но мы шли в бой, на смерть. А вот куда пойдешь ты?
К сожалению, ответа на риторический вопрос отца я и сам не знал. Правда, мои планы, которые еще три года назад выглядели почти нереальными, постепенно выходили на стартовую прямую. Но впереди все еще два года учебы, без которых я пока просто студент четвертого курса одного из нескольких университетов Советского Союза.
На Анну же моя новость никакого впечатления не произвела. Ее эти вопросы никогда не волновали. Она и в школе всегда была незаметной и не принимала участия в жизни класса. Сейчас ее главной целью было хорошо учиться и быть рядом со мной. И мои отношения с одногруппницами волновали ее гораздо больше, чем вступление в ряды КПСС.
Какими-то путями мои однокурсники узнали о сделанном мне предложении. По этому поводу было несколько ехидных подколок, но довольно быстро все успокоились, по-видимому не увидев в этом ничего особенного.
Через два дня я перешагнул порог парткома и сообщил парторгу, что все обдумал и с полным осознанием своей ответственности готов написать заявление о приеме в кандидаты в члены КПСС.
Особо сильно жизнь моя после приема в кандидаты в члены КПСС не изменилась. На общем собрании парторганизации проголосовали за меня единогласно, впрочем, как и еще за двух студентов с других факультетов. Парторг выглядел довольным: численность его первички возросла и можно нагружать новичков партийными поручениями. Я как мог отбрыкивался от этого, мотивируя большой загруженностью и научной работой, которую веду, но все-таки меня прикомандировали к нашему комсоргу для «помощи в организации комсомольских собраний и общественно-политических мероприятий», как витиевато выразился наш парторг. Впрочем, я не слишком перетрудился: нашему комсоргу моя помощь и контроль явно были не нужны.