- А Ваша капсула с эниаром где? - не совсем уверенная в правильной формулировке вопроса, вкрадчиво поинтересовалась у сидящего напротив мужчины.
Неймарец, также поглощавший завтрак и с пристальным прищуром наблюдающий за мной, вздрогнул! Сама поразившись неожиданной реакции, успела увидеть потрясение, на миг мелькнувшее в его взгляде. Вообще, сразу вспомнилась его реакция на вопрос о эпидемии птиц. Я определенно постоянно умудряюсь его взволновать... Так и сейчас, ненадолго опустив взгляд в тарелку, он, потратив несколько минут на то, чтобы собраться с мыслями и взять себя в руки, ответил:
- Олга, Ваша любознательность поражает, наравне с Вашим незнанием элементарного. Запомните на будущее: никогда не спрашивайте об этом, если не хотите - пострадать, - и впервые за сегодняшнее утро в его прямом, устремленном мне в глаза, взгляде появилась твердая уверенность и открытость.
После чего, уже совсем лишив меня дара речи от изумления, неймарец поднялся и, как-то резко кивнув мне, попрощался:
- Был очень рад Вашему обществу за сегодняшним завтраком. Полагаю, мы еще продолжим нашу беседу...
Проводив обескураженным взглядом решительно удалившуюся фигуру, задумчиво оглянулась по сторонам. Так непривычно было находиться в одиночестве в этом огромном зале. Как странно, вообще, стремиться быть здесь одному! И не напрягает первого помощника это ощущение давящей пустоты, если он часто так рано тут бывает?
Чем-то я его задела, это наверняка. Вопрос - чем? Как сложно, когда не владеешь всем объемом информации. Из состоявшегося только-что разговора я вынесла абсолютное убеждение, что могу смело считать себя слепым котенком, тыкающимся наугад во всех направлениях. Что-то было там сейчас... какая-то фраза... или ощущение... Я уверенно чувствовала, что упускаю какую-то важную часть всей этой головоломки.
- Олга? - голос, который я желала бы услышать сейчас в последнюю очередь.
Оглянувшись, увидела вошедшего в столовую капитана. Кажется, сегодня все настроены на ранние завтраки! Сразу подумав о записке под гирденцией, смутилась. К встрече с капитаном я была морально не готова совершенно. Отдав столько сил и нервов предыдущему общению, сейчас чувствовала, что сразу сорвусь и, в лучшем случае, убегу в слезах, а в худшем... В общем, это мы уже проходили и лично меня на повтор не тянуло. Да и вообще, общество безэмоционального капитана "Эндорры" с недавних пор стало для меня труднопереносимым, тяготящим неимоверно. Поэтому, быстро спихнув поднос с остатками еды в утилизатор, я поднялась и, стараясь сделать так, чтобы мой отход не очень уж походил на паническое бегство, развернулась к выходу, на ходу обратившись к неймарцу: