Но самая хитрая диалектика эпохи состояла в том, что успех мирного разрешения отдельных уравнений конфликтов, приводил к тому что полномасштабная война все отодвигалась и отодвигалась, и в арсеналах устрашения все большую и большую долю составляли виды оружия никогда (слава Богу!) практически не испытанные. Были взрывы на полигонах, устрашающие «учебные» пуски ракет, маневры, штабные игры, но понятно же, что вывести настоящее уравнение соотношения сил ядерных подлодок, авианосцев, новейших танков и бомбардировщиков можно только по результатам боевых испытаний. Да даже на самом элементарном уровне. Дачник, поджидая друзей, колет топориком дрова для бани и мангала. Как его уравнять с алебардщиком, раскроившим в 11 сражениях 77 голов (хотя алебарда — это тоже топор)… То есть в этот период (гонки вооружений СССР — США), имели место уникальные переводы:
Воображаемый урон — реальный страх — реальные экономические затраты — реальное оружие защиты.
Вот на что в этой цепи метаморфоз нужно и обратить особое внимание. Именно реальность страха, включенность этого параметра в системы геополитических уравнений не давала страху, воображениюполностью, как говорят теперь «виртуализироваться». Ведь в итоге цепочки они превращались во вполне реальноеоружие и экономические затраты!
Об этой второй производной от оружия, о страхе — будет интересно поразмыслить. «Страх» в этой цепочке совсем не означает, что население враждующих блоков бегает, как персонажи в триллерах. Реальность его страха — в осознании своего угрожаемого положения и… готовность работать, отдавать изрядную часть своего достояния военно-промышленно-му комплексу, как раз и закольцовывая эту цепочку, выводя на реальные экономические затраты. В политэкономии это называлось воспроизводство(«простое…» или «расширенное воспроизводство»).
Ну а то, что в период холодной войны воспроизводство страхабыло расширенным, это в общем-то факт доказуемый, замеряемый (гонка вооружений).
Вот пример, заслуживающий, по-моему, гораздо большей известности, обдумывания и даже восхищения. Рассуждая о подсчетах, равновесии страхов, угроз, согласитесь, важно попробовать рассмотреть угрозу в самом чистом ее виде, в абсолюте…
На самом дне страха
То, что Суэцкий канал был главным стратегическим пунктом Британской империи — общеизвестно. Как и то знаменитое британское определение Азии: «Территория к востоку от Суэца». Может, эта психология и объясняет их, британцев, наивные попытки, поперек всех известных, проверяемыхцифр и фактов, приравнять к Сталинградской битве! — свою