Доктор уважал меня. Я размечталась, что смогу поговорить с ним о Джо. Мне было неприятно, что мои мечты, касающиеся других, не сбывались. Поздно вечером я пришла в комнату Меллиоры. Бедняжка сидела у окна и печально смотрела на кладбище.
— Ты же простудишься, — сказала я. — Ложись в постель.
Она покачала головой. Тогда я накрыла ее плечи шалью, подвинула стул и села рядом.
— О, Керенза! Все теперь изменится. Ты это чувствуешь?
— Так и должно быть.
— Мне кажется, я попала в лимбо и теперь нахожусь на границе между двумя жизнями. Прежняя жизнь закончилась, а новая вот-вот начнется.
— Для нас обеих, — добавила я.
Она сжала мою руку.
— Да, когда меняется что-то у меня, меняется и у тебя. Сейчас мне кажется, Керенза, что твоя жизнь прочно переплетена с моей.
Я гадала, что она будет делать теперь. Наверное, при желании я могла бы остаться в доме священника. Но как насчет Меллиоры? Что случалось с дочерьми священников? Если у них не было денег, то они становились гувернантками детей из богатых семей или компаньонками пожилых леди. Как сложится судьба Меллиоры? А моя?..
Пока она не задумывалась о своем будущем; все ее мысли были об отце.
— Он лежит там, в земле, — сказала Меллиора, — с мамой и ребенком… маленькой Керензой… Интересно, его дух уже улетел на небеса?
— Не нужно сидеть и раздумывать. Его назад не вернешь. Помни, твой отец никогда не хотел, чтобы ты страдала. Он всей душой желал видеть тебя счастливой.
— Он был самым прекрасным отцом на свете, Керенза. Но лучше бы он иногда был резок и жесток — только бы мне не оплакивать его сейчас!
Она тихо всхлипывала. Я обняла ее за плечи, повела к кровати и дала успокоительное доктора Хиллиарда.
Я стояла у постели до тех пор, пока Меллиора не заснула, и все пыталась заглянуть в будущее. Таким, как мы его представляли, оно вряд ли будет. Словно злой рок напоминал нам: человек предполагает, а Господь располагает.
Начнем с того, что Дейвид Киллигру не получил места в Сент-Ларнстоне. Вместо этого в дом священника должен был вселиться преподобный Джеймс Хэмфилл с женой и тремя дочерьми.
Дейвид, грустный и разочарованный, вернулся домой и приступил к обязанностям викария. Ему пришлось надолго отложить мечту о женитьбе и, как и прежде, делить жизнь с матушкой. Он сказал, что мы непременно должны писать друг другу — и надеяться.
Миссис Йио и Белтер очень беспокоились — как, впрочем, Бесс и Кит — только о том, захотят ли Хэмфиллы воспользоваться их услугами.
Меллиора, казалось, как-то разом повзрослела за эти недели. Думаю, я тоже, потому что внезапно ощутила всю шаткость и нестабильность нашего положения. Мы обе осознавали, что лишились надежной защиты.