Тем не менее, после короткого осмотра, монтажная бригада решила, что сумеет восстановить дорогу за несколько часов. Теперь платформа, груженная рельсами, пустела прямо на глазах. Подъемный кран, лебедка и люди двигались в настолько согласованном ритме, что Костя даже начал «отключаться», погружаясь в транс наблюдателя.
– Вы все прекрасно знаете, что положение дел у нас – незавидное, – начал свою речь Кудыкин, но вынужден был прерваться, чтобы откашляться.
Собственно, именно из-за этого он и перенес совещание на открытый воздух – в штабном вагоне он кашлял так, словно собирался выкашлять не только легкие и бронхи, но и вообще все внутренние органы.
– Бандиты применили самое настоящее боевое отравляющее вещество, – продолжал Кудыкин. – И это не просто какой-то яд, с которым справится любой противогаз. Все было рассчитано именно на то, что мы воспользуемся противогазами и сразу же погибнем. Как они такой химией в Зоне разжились – понятия не имею.
Все подавленно молчали. Только Марина шептала что-то успокаивающее Наташке на ухо. Да переглядывались «костюмы» из свиты губернатора.
– Ситуация сложилась непредвиденная. Мы потеряли больше половины личного состава экспедиции. И находимся во внутренних районах Зоны. Позади у нас бандиты, в распоряжении которых есть гранатометы и даже орудие, поставленное на тепловоз. Впереди – разрушенные рельсы и полная неизвестность. Вдобавок, мы попали в аномалию, которая частично вывела из строя некоторые приборы. Судя по тому, что я вижу вокруг, сейчас вечер. Это значит, что без сознания мы провели много часов. А еще это означает, что сегодня мы вернуться на базу вряд ли успеем – придется ночевать здесь, в Зоне.
Костя ждал, что губернатор снова набросится на Кудыкина с упреками, но тот, оглядев свою «свиту», поднялся, подошел и положил ему руку на плечо.
– Полковник, ты не держи на меня зла, что орал на тебя, – извиняющимся голосом сказал губернатор. – Нет тут теперь начальников и подчиненных – все в одной ловушке сидим. Знаю, с пулеметчиками у тебя напряг – давай, я к станку встану. Не бойсь, умею.
Кудыкин несколько секунд испытующе смотрел на него, потом, не говоря ни слова, лишь устало качнул головой, соглашаясь.
– А если со мной что – вон, мужики подменят. Стреляют, они, конечно, как придется, но это лучше, чем ничего. Справишься, Федор?
– Да чего там, – отозвался молодой мужчина из «свиты». – Наши все служили, записывайте в пехоту.
– Теперь главное решить, что дальше делать, – сказал губернатор.
– Проедем и сразу же демонтируем рельсы, – сказал Кудыкин. – Потом отъедем на несколько километров, чтобы нас нельзя было достать газом. Закроемся изнутри и будем ночевать. Предпринимать еще что-либо в нашей ситуации – безумие. Ну, придется провести в поезде ночь или две. А потом нас либо обнаружит спасательная экспедиция, либо мы сами выберемся на основную дорогу и вернемся на базу своим ходом. Как бы ни печальны показались наши дела, мы все-таки находимся в достаточно безопасном месте. Хоть и среди аномалий.