».
Комментатор под ником dvonk: «ох вам ща отольется, и фразы “а вопросы дурацкие вам религия позволяет ” или “поиском по религиозным причинам не пользуетесь ” — будут самыми мягкими, да».
Комментатор под ником begemotoff: «А вы киньте не просто. А скажем, через плечо. Или от стены. Или можноустроитъ веселое соревнование для всей семьи — кто ловчее попадет».
Комментатор под ником kspshnik: «А прочитать предварительно правила сообщества тоже религия не велит? И на Яндекс/Яху/Гуглъ по тем же причинам вход закрыт??? Ась?»
— Есть несколько уровней кулинарной подготовленности, — объясняет Сталик. — В китчен-нахе общаются — правда, сейчас их все меньше остается, к сожалению, сообщество изживает себя, — в китчен-нахе в пору его расцвета общался цвет русскоязычных кулинарных любителей. А туда постоянно приходили какие-то «майонезные клуши» — любители полить все майонезом и запечь в духовке. В России огромная проблема: традиционная национальная кулинария утеряна и, увы, похоже, что безвозвратно. Считанные единицы готовят сейчас по-русски: находят какие-то источники, едут в экспедиции по деревням — есть такие любители, в ЖЖ, кстати, тоже, но их совсем мало.
Национальная кухня есть то, что ест эта нация, — продолжает Сталик. — А нация, в данный момент русско-московская нация ест суши, креветки и еще какую-то там перемороженную дрянь — вот эти вот бледненькие салатики, недозрелые помидоры — и поливает все оливковым маслом четвертого сорта. Исчез ландшафт, который давал русские продукты на русские столы. С исчезновением сельского хозяйства исчез этот ландшафт. Исчез главный инструмент русской кухни — русская печь. Вот эти все плиты, духовки — все это пришло в Россию в начале XX — в конце XIX веков. А еще до 1930-х годов, даже до 1950-х, когда крестьянам паспорта раздали и они стали активно уезжать в город, — появились лимитчики. И русская деревня стала умирать, умирать, умирать, и к 1970-м умерла совершенно. Людмила Зыкина спела об этом. Вот эти бывшие деревенские жители составляли основную ее аудиторию. Она выплакала эту боль по оставленной деревне. Деревня умерла, умерла русская печь — и все, теперь все готовят на газовых плитах.
Почему я так подробно вам рассказываю? Вместо всего этого приходит какая-то эрзац-кулинария. Последние лет 10–15 люди стали ездить за границу, полки магазинов стали заполняться импортными продуктами — и встал вопрос: а как из этих импортных продуктов готовить? Кто знал, как готовить пасту, сыр «Пармезан» 15 лет назад? Да что там: вот макароны — как их готовить? И в то же самое время появились люди, говорящие и пишущие на русском языке, которые перебрались за границу и видели там, как это готовят. И вот тут начали происходить столкновения. Что говорить, сейчас в российской кулинарии такой вот излом, революция. Сначала пытались просто эти продукты готовить так, как умели готовить их раньше. Да, кто-то знал больше. Но обычно в любом сообществе возникают конфликты, когда есть группа людей, которые знают больше, и есть группа людей, которые знают меньше; причем невежественные, как правило, более агрессивны. Именно самое агрессивное — это невежество.