— Умница. Талию бережешь, — похвалила Любаша.
— Берегу, — согласилась Грета. Обошла стол и уселась на подоконник между стеллажами. У нас за спиной.
Мне было неловко оглядываться на нее, и все же я не выдержал, один раз оглянулся. Будто случайно. Грета скинула сандалетки, одну ногу в желтом носочке поставила на подоконник, другую опустила и начала ей покачивать. На ноге я разглядел косые светлые царапины.
— У нас новый мальчик, — сказала Грете Света. (Странно — не «гость», а «новый мальчик»). — Его зовут Грин.
— Салют, Грин, — отозвалась Грета. И у меня появилась причина оглянуться еще раз, чтобы пробормотать: «Салют…».
Толя шумно глотнул суп (которого «не будем») и спросил:
— Грета, а ремни зачем? Ты их нам принесла? Будешь нас записывать?
— А вы нашли хоть один шар?
— Но мы найдем…
— Тогда и поговорим… А ремни я отобрала у Игоря и Миньки.
— Зачем? — опасливо спросила Поля.
— Я их посадила под домашний арест.
— За что ты их, Греточка? — пожалела неизвестных Игоря и Миньку тетя Маруся.
— Вы не поверите, — с легким стоном сообщила Грета. — Эти ненормальные подрались!
— Святые угодники… — охнула тетя Маруся.
Света, кажется, тоже испугалась по правде:
— С ума сойти… Из-за чего они?
— Да какая разница!.. Пошли разрисовывать боковую стенку на доме у водокачки, в Катерном проезде, сейчас конкурс такой. Ну и не поделили чего-то. То ли места не хватило, то ли заспорили, о чем картина… Минька двинул Игоря локтем (говорит «отодвинул»), у того краска из банки на ногу плеснула, он Миньку кисточкой по носу… Ну и пошло… В итоге у Миньки синяк на скуле…
— Творческий конфликт, — сказала Любаша.
— Ага, «творческий»! Скандал на весь Инск… Мимо парень с камерой проходил, практикант с телестудии. Говорит: «Повторите, пожалуйста, эту сцену, я сниму сюжет для вечерних новостей. Сенсация для города» Они повторять не стали, но он все равно кое — что снял: картину недорисованную и фингал… Хорошо, что я узнала, позвонила Вите, а он в городскую управу… Теперь сидят. Еще и завтра будут сидеть…
«Командирша!» — подумал я. Даже с опаской. И шепотом спросил у Мая:
— А как это «домашний арест»?
— Ну, как. Скучают в доме, носу не высовывают. Пока она не выпустит…
— А кто караулит?
Он удивился:
— Зачем караулить, сами сидят. Раз виноваты…
Я подумал, что готов был бы все дни подряд сидеть под домашним арестом, если бы можно было остаться навсегда в городе Инске…
После обеда Грета увела Свету по каким-то делам, а меня Май спросил:
— Хочешь посмотреть альбом со старинными городами? Мне подарили недавно…
Я все хотел, если рядом с ним. Но вмешались Толь-Поли и заявили, что мы должны помочь им достроить индейскую хижину.