После обеда Мария Ефимовна легла отдохнуть. Таисия убрала со стола, потом тоже решила вздремнуть. Но, поворочавшись с боку на бок с полчаса, она поняла, что сон не идет. Она встала и взяла с полки отлично изданный еще в 80-е годы альбом «Марфино».
«Мало ли, – подумала Таисия, – вдруг и правда Дима приедет в субботу вместе с Дашей! Я должна не ударить в грязь лицом, когда буду водить ее по усадьбе. Почитаю, раз уснуть не могу, освежу в памяти данные».
Таисия присела в кресло и погладила тканевую малинового цвета обложку. Затем раскрыла альбом и пробормотала:
– Надо найти описание усадьбы при Салтыковых. Они купили ее у младшего сына князя Голицына, который продал усадьбу исключительно с одной целью – расплатиться с долгами. Эх, что говорить! Молодой повеса, образ жизни роскошный, средств требовалось немало, конечно, влез в долги! А долги – эта такая вещь, от которой потом очень трудно избавиться.
Таисия нашла нужный раздел и начала читать о том, как при Салтыковых был создан архитектурно-парковый ансамбль, были построены зверинец и оранжерея, где выращивали персики, апельсины, лавр и многие другие растения южных стран. Таисия полностью погрузилась в чтение и словно видела воочию прогуливающихся по оранжерее знатных господ под руку с нарядно одетыми дамами.
Она так размечталась, что не услышала какой-то шум во дворе, потом чьи-то все приближающиеся шаги. Когда в ее дверь тихо стукнули, Таисия очнулась и начала машинально поправлять выбившиеся из прически пряди.
– Тасенька, это я, – раздался ласковый голос, и на пороге комнаты возник улыбающийся Евгений Кириллович.
Из-за него выглядывала Мария Ефимовна с весьма хитрым видом.
Таисия так сильно вздрогнула, что выронила альбом, и он со стуком упал на пол.
– Вот, Евгений пожаловал, – сказала Мария Ефимовна. – Говорит, что без наших пирогов ему не жизнь, – добавила она и заулыбалась.
– Вижу, – хмуро ответила Таисия и встала.
Евгений Кириллович наклонился, чтобы поцеловать ее, но она протянула руку и поздоровалась довольно сухо. Он пожал ее вялую ладонь и без приглашения сел на кровать.
– Пойду чайник поставлю, – сказала Мария Ефимовна и удалилась.
– Зачем явился? – спросила Таисия, садясь в кресло и поднимая альбом.
– Соскучился, – ответил он. – К тому же ты уехала и не попрощалась.
– А должна была? – сухо поинтересовалась она.
– Тася, может, все-таки объяснишь, что произошло? Я уж эти дни и спать не мог, все думал, что я такого сделал. Но никакой вины за собой не вижу, честно!
Таисия смотрела в его взволнованное лицо, но ничего не чувствовала. Странная апатия навалилась на нее, и ей этот казавшийся сейчас чужим человек явно мешал. Так и хотелось наговорить ему резкостей, чтобы он быстрее ушел, остаться одной в своей комнате и продолжить читать историю усадьбы. Но воспитание взяло свое.