– Слушай сюда. Вика и главного желдака берем живьем, понял?
– Ага, – кивнул Пригоршня, хищно облизнулся и выдал: – Значит, так. Ты врываешься в комнату, я стреляю из окна. Если они начнут убегать, то сюда, окно-то одно. Блокируем их в комнате.
– Разумно, – оценил я и отдал должное Пригоршне-тактику.
Бросился ко входу с ножом Шнобеля наготове. Если там часовой, то лучше его убрать бесшумно. Но за дверью никого не оказалось. Предусмотрительность – не самое сильное место желдаков. Вот и молодцы, упростили мне задачу.
Распахнув дверь ногой, я дал очередь в воздух и крикнул:
– Всем лежать! Лицом вниз, руки за голову.
Лицо Вика исказилось злобой и недоумением. Наконец удалось выбить его из колеи.
– Бросай оружие, шкура, – я прицелился в него.
Он демонстративно медленно начал поднимать руки, рокоча:
– Я не понял, что случилось?
Желдаки стояли истуканами, вытаращившись на меня. А потом Вик неуловимым жестом выхватил пистолет, подтянув его к груди и только после «ткнув» в нашу сторону. И тут в игру вступил Пригоршня – брызнули осколки, я ушел вперед и вбок, а Никита выстрелил из «глока». Пуля прошила ладонь Вика, он взвыл, скрутился, прижимая к груди изуродованную ладонь, пистолет выпал и заскользил по полу.
– Стоять! – взревел Пригоршня. – Лечь лицом вниз!
– Кил их, – воскликнул очухавшийся Вик, и толпа ринулась на меня.
Убивать безмозглых рука не поднималась – что детсад расстреливать, и я устремился на улицу, уводя их за собой. Пригоршня замер под окном, карауля Вика.
По сути, я выполнял сейчас работу Пригоршни, следовало бы поменяться местами. Никита увидел «паровоз» желдаков, бегущий за мной, и ринулся наперерез толпе, стреляя от бедра из дробовика:
– Н-нате, суки! – взревел он, привлекая к себе внимание.
Желдаки, как один, повернулись к нему, я воспользовался их замешательством и метнулся к поржавевшим «жигулям», где и засел. Желдаки завертели головами и, потеряв меня из вида, рванули за Пригоршней.
Когда они исчезли из поля зрения, я обежал дом Тима, приготовил винтовку, пнул приоткрытую дверь, но Вика внутри уже не было. Выглянул в разбитое окно: он улепетывал вдоль сараев, стоящих у забора, целился в Пригоршню. «Глок» он держал обеими руками. Ну да, стойка Уивера, американского шерифа, крайне редко применяемая у нас…
Отсюда метров сто пятьдесят. Черт! Пришлось стрелять. Я попал в плечо, Вик дернулся, рука повисла плетью, пуля ушла в землю. Пригоршня даже не заметил, что был в двух шагах от смерти, бегал по деревне туда-сюда с ревом, оттягивая на себя внимание зомбаков.
– Остановиться, – закричал Вик, но желдаки не обратили на него внимания – видимо, если примут второй приказ, то случится конфликт версий. – Другого убейте!