— Не знаю, парень, — вдруг сменил он тон ответов. — И даже если бы я знал, то не стал бы, как дурак, рассказывать вам.
Бородач подошел к стойке бара.
— Добрый день, мистер Гриви, — приветствовал его бармен, подхалимски улыбаясь. — Того же самого?
Вошедший сел на стул рядом с Адамом и с любопытством взглянул на него.
— Того же самого.
Высокий мужчина ростом выше шести футов выглядел таким здоровым, что, казалось, мог скрутить быка. У него были темно-карие глаза, один глаз искусственный, поэтому было затруднительно определить, в какую сторону он смотрит.
— Этот парень ищет работу, — сказал бармен. — Мистер Гриви работает у Белладона. У него более точные сведения.
— Есть ли у вас какой опыт? — спросил Гриви.
— Нет, сэр.
— Я сказал ему, что ищут дворников в Мэндевиле, — добавил бармен.
Мистер Гриви стрельнул в бармена взглядом, потом повернул свои несогласованные глаза опять на Адама.
— Вы хотите поработать дворником? — спросил он.
— Мне не до выбора, сэр. Соглашусь на любую работу, которая подвернется.
Мистер Гриви некоторое время изучающе смотрел в лицо собеседника, как будто пытался что-то высмотреть. Потом заключил:
— На вид вы крепкий парень. Обратитесь к мистеру Хоксвуду на фабрике. Скажите ему, что вас послал мистер Гриви. Он займется вами.
— Вы очень добры, сэр. Ценю вашу помощь. Благодарю вас.
Адам допил пиво, вытер рукавом рот.
— У станции Бартоломью в три часа останавливается рейсовый дилижанс, — сообщил мистер Гриви, все еще глядя на Адама.
— Не могу позволить себе ездить на дилижансах, сэр.
— Тогда как же вы туда доберетесь?
— Мне придется пройтись пешком.
Когда он выходил из забегаловки, мистер Гриви не спускал с него здорового глаза. Когда же Адам вышел на улицу, он сказал скорее себе, чем бармену:
— Клянусь, я видел раньше этого человека.
* * *
Алекс Синклер подал черную бархатную коробочку с надписью «Тиффани и К°» своей жене.
— Со счастливой годовщиной, дорогая, — поцеловал он ее.
— Годовщиной? Какой же годовщиной?
— Мы поженились ровно четыре месяца назад. Неужели ты забыла?
— Алекс, ты просто сумасшедший, — рассмеялась она, но открыла коробочку и ее смех сменился восхищением. В коробочке лежало прекрасное ожерелье из бриллиантов и изумрудов. — Алекс! — восторженно произнесла она. — Неужели для меня?
— Нет, для кухарки. Конечно, я понимаю, что деньги тебе безразличны, но иногда они имеют свои преимущества.
Он вынул ожерелье из коробочки и надел ей на шею. Она сидела у туалетного столика в главной спальне дома на Пятой авеню. Она только что приняла ванну и была одета в банный халат, когда вошел муж и удивил ее подарком. Драгоценные камни казались холодными на голой коже.