– Можно нам сейчас увидеть вашу племянницу?
Мерелит открыла дверь, и все трое вошли в большую спальню, украшенную в стиле Марии Антуанетты. Даже с канделябрами. Рио, для которой в детстве было удачей достать мягкое хлопковое одеяло вместо колючего шерстяного, во все глаза уставилась на это великолепие, словно провинциалка.
– Рио, ты пришла, – раздался тихий, слабый голосок из огромной покрытой шелковыми покрывалами кровати.
Все мысли о шелке и канделябрах выветрились из головы Рио, стоило ей взглянуть на Элизабет. Малышка была очень больна. Она слишком похудела, высохла, словно злой инкуб выпил ее жизненную силу с их последней встречи в квартире Люка.
На щеках Элизабет горели два красных пятна, что свидетельствовало об очень серьезном недомогании. Рио уже видела нечто подобное в монастыре, причем обычно таких больных вскорости хоронили на небольшом кладбище. Она понятия не имела, как именно человеческая лихорадка или какая-то неизвестная болячка влияет на тело фейри, или, раз Элизабет полукровка, не страдает ли ее эльфийская половина в два раза сильнее. И хотя Рио не имела диплома врача, даже она поняла, что ребенку осталось недолго жить.
Но постаралась ничем не выдать своих мыслей, ослепительно улыбнулась и подошла к постели, словно у них сколько угодно времени и можно долго-долго болтать.
– Элизабет! Ты такая красивая в кружевной ночной рубашке, – весело похвалила гостья, напоминая себе, что можно говорить о рубашках сколько заблагорассудится. – Как бы я хотела иметь что-то подобное в детстве. Самая веселая пижамка у меня была с Дональдом Даком, я нашла ее на благотворительной распродаже Бордертауна.
– Обожаю Дональда Дака! Но Минни Маус мне больше нравится. Она – моя любимица. Хотела бы я носить пижаму с ее изображением, – ответила Элизабет, улыбаясь так ослепительно, что сердце Рио разбилось на несколько неровных кусков.
– Не понимаю людей, – сказала Мерелит с вымученной улыбкой, и Рио почувствовала себя ближе к фейри. Они обе отчаянно притворялись веселыми ради тяжелобольного ребенка. – Почему вам так хочется, чтобы на пижаме было изображение птицы или грызуна? – недоумевающе спросила аристократка, а Люк, Рио и Элизабет расхохотались.
– Это мультяшные герои, тетушка Мерелит, я покажу вам, когда поправлюсь. – Элизабет вздохнула, закрыла глаза и опустилась на горку подушек.
– Попробуешь сейчас? – прошептал Люк так тихо, чтобы Элизабет не услышала.
– Но она в сознании, может сама тебе рассказать, – возразила Рио.
Она боялась лезть в голову к ребенку и тем самым только ухудшить ситуацию.