— А потом?
— Вернулась. Хочешь лед в коктейль?
— Нет, нет. Терпеть не могу этот непременный американский обычай нагружать льдом любую выпивку… Спасибо… Да, а что ты делала после возвращения?
— Ничего особенного.
— Ты приехала сюда?
— Не сразу.
— Бог мой, как это странно — приехать сюда. Ты не находишь?
— Нет, с чего бы это?
— И вправду, с чего бы это? С Клуги у меня связано множество приятных воспоминаний.
— Ты шутишь?
— Совершенно верно. А почему бы нет?
— Ну-ну.
— Должен сказать, я никогда не думал, что Джон сюда вернется, и уж меньше всего предполагал, что он приедет со второй женой. Он вспоминает когда-нибудь о Софии?
— Никогда.
— Он закрыл за собой эту дверь в прошлое, так?
— Как ты думаешь, почему он пригласил тебя сюда?
— Я надеялся, — сказал Александер, — что ты сможешь мне это объяснить.
— Кажется, я не вполне тебя понимаю.
— Не понимаешь? Черт побери, Джон сходил с ума по Софии, так ведь? Любой муж на его месте вел бы себя точно так же. С такой женщиной…
— Софии больше нет. Джон начал новую жизнь, и память о Софии для него теперь ничего не значит. Совсем ничего.
— И все-таки он женился на девушке, которая и внешне, и в плане секса…
— Мужчины очень часто предпочитают женщин с внешностью одного и того же типа. Это ничего не значит. И кроме всего прочего, любят не только за сексапильность или внешнюю привлекательность.
— Я полагаю, это стандартное заблуждение.
— Ты считаешь, что любые отношения между мужчиной и женщиной имеют в своей основе секс?
— Ну конечно же! Просто невозможно, чтобы между мужчиной и женщиной были близкие отношения, не включающие секс.
— Я думаю, — сказала Мэриджон, — мы несколько отклонились от темы.
— Но ты со мной не согласна?
— В чем же это я должна быть с тобой согласна?
— Что невозможны близкие отношения между мужчиной и женщиной без секса.
— Это зависит от того, какой мужчина и какая женщина.
— Напротив, я считаю, что это зависит только от их сексуальных возможностей. Возьми, например, Джона. Он дважды женат, у него было множество женщин, но ни одна из них не привлекает его, если не интересует физически.
— Почему же Джону не иметь в этой жизни сексуальных удовольствий? Большинству мужчин это необходимо, и они их получают. Так почему бы и Джону не получить свою долю? Но почему его, как ты их называешь, «сексуальные возможности» должны влиять на отношения другого типа, которые у него с кем-то возникают? И что такого особенного в сексе вообще? Очень часто он не имеет ничего общего с настоящей близостью. Так почему же нужно говорить о нем как о начале и конце всего сущего? Очень часто секс — это что-то более чем тщетное и тупое.