— Надо же, кто к нам пожаловал! — воскликнула пожилая экономка. — Сама мисс Элвиан! И кого же вы привезли с собой, милая моя?
— Это мисс Ли, моя гувернантка, — ответила Элвиан.
— Вот оно что! И вы что же, вдвоем приехали? А папа ваш где?
— Папа уехал в Пензанс.
Я вдруг подумала, что совершила бестактность, пойдя навстречу Элвиан и приехав с ней к ее двоюродной бабушке без приглашения. Может, меня отошлют на кухню, чтобы предложить угощение в компании слуг? Ну и пусть, это лучше, чем сидеть в гостиной в обществе высокомерной старухи, не скрывающей своего неодобрения моему поступку.
Но очень скоро я поняла, что нарисованная мною картина не соответствовала действительности. Нас обеих провели в гостиную, и я увидела бабушку Клару — симпатичную старую женщину, сидящую в кресле, совершенно седую, розовощекую и с живыми приветливыми глазами.
Элвиан подбежала к ней, и ее тут же заключили в объятия. Затем эти живые голубые глаза остановились на мне.
— Значит, вы гувернантка Элвиан, душенька, — сказала она. — Очень приятно. И как мило, что вы привезли ее проведать меня. И очень вовремя, потому что у меня сейчас гостит мой внук, и я боюсь, он немного скучает, потому что ему не с кем играть. Он очень обрадуется, когда узнает, что приехала Элвиан.
Я сомневаюсь, что ее внук может обрадоваться приезду Элвиан больше, чем она сама. И она была так мила по отношению ко мне, что я забыла свои опасения и чувствовала себя скорее настоящей гостьей, навещающей знакомую, чем гувернанткой, привезшей свою воспитанницу повидать родственницу.
Принесли вино из одуванчиков, и нас уговорили его попробовать. Оно было замечательно, так же, как и сопровождавшее его печенье. Я разрешила Элвиан выпить маленькую рюмку, с запозданием подумав, что этого не надо было делать, так как вино оказалось довольно крепким.
Бабушка Клара пожелала услышать все новости Маунт Меллина, и мы с Элвиан стали рассказывать ей все, что могло быть ей интересно.
В разгар беседы появился ее внук — симпатичный мальчик чуть младше Элвиан, и дети вместе ушли играть в сад.
Как только Элвиан покинула нас, я поняла, что бабушка Клара ждала этой возможности свободно поговорить, если не посплетничать. Она заговорила об Элис с откровенностью, которой я до сих пор не слышала ни от одного человека, упоминавшего при мне это имя. Было ясно, что от этой разговорчивой дамы я узнаю гораздо больше, чем от кого бы то ни было еще.
— Смерть Элис была таким ударом, — сказала она. — Это случилось так внезапно — ужасная трагедия, ведь она была почти что девочкой.