Сердце Кит екнуло, когда Алекс исчез из вида. Его бледность, дрожь, бешеный взгляд обеспокоили ее.
Дэйви напомнил Алексу о сыне. Почему она не подумала об этом раньше?
Во рту у нее пересохло. Но Дэйви — не Чед… И если Алекс так отреагировал на чужого ребенка, что он будет делать, когда увидит своего?
Кит хотелось плакать, слезы наворачивались на глаза, но она справилась с собой — не хотела пугать мальчика.
Нижняя губа Дэйви задрожала, глаза были на мокром месте.
— Я только хотел помочь. Алекс не любит меня, да?
— Конечно любит, малыш, — произнесла Кит успокаивающе. — Просто он себя неважно сегодня чувствует.
Они вдвоем вернулись к Каро. Кит не могла поднять на подругу глаз. Та вскинула бровь, но ничего не сказала, и Кит невероятно обрадовалась пониманию подруги.
— Эй, а кто это у нас тут? — показалась голова Фрэнка из-за забора. — Хотите посмотреть птенцов у нас в сарае?
Лицо Дэйви тут же просияло.
— Можно, мам? Можно я пойду с дядей Фрэнком?
— Хорошо, — разрешила Каро, — но при одном условии. Обещай мне, Фрэнк, что не будешь кормить его печеньем, он и так уже съел достаточно.
— Есть, капитан! — подмигнул ей старик и приставил руку к виску, как бы отдавая честь.
Когда Дэйви скрылся за воротами, Каро обратилась к Кит:
— И почему ты тратишь время на него?
Кит откинулась на кресле. Ее немного подташнивало.
— Разве я зря трачу время? Тебе надо было видеть его лицо, когда он держал твоего сына на руках. Даже старик Фрэнк не мог этого не заметить, с его-то слепотой. Сначала было удивление, шок, а затем боль, всепоглощающая, убивающая.
Кит хотела помочь Алексу. И теперь было не важно, останется он или нет.
— Кит, ты и правда думаешь, что Алекс может измениться? Придет к мысли об отцовстве? Будет примерным мужем и папой?
— Каро, понимаешь, разум говорит мне то же, что и ты, но…
— Но?
Сердце подсказывало ей другое. Стараясь изо всех сил изменить взгляды Алекса на семью и детей, она сама не заметила, как влюбилась в него еще сильнее.
— Это все чушь! — возмутилась Каро.
— Ты знаешь, его даже стошнило, когда он узнал, что я беременна, — призналась Кит, — прямо в саду у меня на глазах.
— Ого, бедная моя девочка, — проговорила подруга, успокаивающе погладив ее по руке.
— Но, с другой стороны, он отвез меня в больницу, ухаживал за мной.
— И все же…
— Его родители умерли, когда ему было всего двенадцать, и ему пришлось жить со скрягой-дедом. Нам с тобой тоже недостает отцов, но поверь мне, наше детство было гораздо лучше, чем его.
Каро покачала головой:
— Ты такая сентиментальная.
— Каждый раз, когда я уже готова бросить все попытки изменить его, появляется что-то, что вновь дает мне надежду. Ты знаешь, у него целых пять лет не было нормальных каникул, как у всех детей. Недавно он отправился в Африку, чтобы помогать строить приют.