— Сейчас же! — пригрозил Сабтах, увеличив громкость динамиков.
Когда все опустили оружие, Сабтах подошел к Муру.
— Эту проблему решит призыв.
Мур оскалился.
— Ты смеешь вызывать Етсугея для этого?
— Почему ты опасаешься правосудия? Князь все видит, — фыркнул Сабтах.
Мур облизал губы.
— Тогда мы призовем его. Кто прав — тот и возьмет над орденом контроль.
— Ты труп, Мур, — сплюнул Сабтах. — Ты уже должен был быть мертв. Я должен был убить тебя. Теперь эта честь достанется демону.
— Посмотрим, Сабтах. Посмотрим.
Варп. Место, где нельзя было ходить босым.
Здесь он наблюдал за вереницей вариантов конца вселенной. Перед ним простиралась бесконечная поверхность. Ступни ощущали щебень под ногами. Он посмотрел на цитадель. Ее башни и парапеты возвышались на черепашьем панцире, простираясь ввысь, словно шпили улья. Черепаха была огромной, ее колоссальная туша медленно, но упорно передвигалась вдоль горизонта.
Насколько она была огромна? Тысячи километров? Миллион? С каждым шагом черепаха превращала горы и скалы в осколки.
Мур прибывал в трансе. Он был облачен в халат черного бархатистого цвета. Сбоку в ножнах покоился меч.
Угрозы Сабтаха эхом раздавались в его ушах. Мур думал о них еще до того, как погрузиться в транс. Теперь, несмотря на то, что он прибывал в мире нематериально, все опасения из материального мира никуда не исчезли. Он наклонился, чтобы подобрать кремневый осколок. От прикосновения камень взорвался и превратился в пыль.
В этом мире умерло все живое, и лишь иллюзия сохраняла видимость жизни.
— Добро пожаловать в мои владения, — произнес голос. — Мой дом — твой дом.
— Опсарус! Мой господин! — Мур упал на колени, прижав голову к земле.
Опсарус предстал перед ним, древний, как и его мир. Его силовая броня имела текстуру из окаменелых гранул, словно была сделана из минералов молочного, желтовато-зеленого и белого цветов.
— Встань, Мур. Хоть раз поведи себя, как моя правая рука.
Турбины силового ранца Опсаруса загудели, мощно и часто. Его лицо представляло собой маску смерти бирюзового цвета, с благородными, почти ангельские чертами. Когда он говорил, его голос казался искаженным.
Мур резко поднялся на ноги.
— Господин, почему ты привел меня сюда? — спросил он.
— Молчи, колдун. Сначала слушай, потом задавай вопросы, — раздраженно прикрикнул Опсарус. — Слишком много говоришь, колдун, и это — твой изъян.
Мур опустил голову.
— Сабтах хочет пробудить Етсугея, чтобы показать всем твои истинные намерения? — произнес Опсарус.
Мур кивнул.
— И ты боишься? Так?
— Конечно, лорд. Етсугей все видит, и орден прислушается к словам демона. Они узнают правду. И им это не понравится.