– Да, пожалуй, мог бы.
– А теперь ответь, зачем тебе понадобилось шантажировать эту фифочку?
– Как я понимаю, вы нашли у меня в кармане тысячу меченых долларов.
– Правильно понимаешь. Теперь расскажи, как они там оказались?
– А как по-твоему? Она подсунула их мне в карман, когда прижималась, обхватив мои бедра руками.
Он рассмеялся:
– В ее изложении это выглядит совсем по-другому.
– Так это не она тебе рассказывает, а я.
– Что ты хочешь, чтобы я вот так вот, не зная всего, – ведь ты отказываешься говорить – взял и тебе поверил.
– Я хочу, чтобы меня доставили в ближайший суд.
– И притом немедленно, – поддразнил он. – Ты забыл это добавить.
– Спасибо, что напомнил.
– Так ты можешь здорово усложнить себе жизнь, малыш.
– А ты хочешь держать меня здесь, чтобы я облегчил твою?
– Мы могли бы при желании облегчить жизнь для нас обоих.
Тут я услышал, как щелкнул замок, затем шарканье шагов по коридору, и моим взорам предстала Берта.
– Что за черт! – воскликнула она.
– Привет, Берта, – нехотя произнес Селлерс.
Берта взглянула на меня:
– Хорош – нечего сказать! Сам дьявол тебя не узнает. Лицо все в крови, да и рубашка – тоже.
– Копы постарались, – отозвался я.
– Ну и сукин же ты сын! – вырвалось у Селлерса.
Берта гневно уставилась на него.
– Случилось так, что он не нашел общий язык с некой леди, – пояснил Селлерс.
– Ты совсем оборзел, Фрэнк, натравил своих шавок с ордером на обыск в наш офис, а те и рады стараться: перевернули там у нас все вверх тормашками.
– Так уж и все? – возразил Селлерс. – Мы обшарили только письменный стол Дональда, вытряхнули ящики и нашли то, что требовалось доказать.
Вынув из кармана две части бланка, он сложил их и показал Берте.
Берта с минуту разглядывала обрывки, а затем обратила свой взор на меня. Глаза ее были жесткими и сверкали.
– Более того, – продолжал Селлерс, – у него нашли тысячу помеченных баксов.
– Кто расцарапал твою физиономию, – поинтересовалась у меня Берта.
– Карлота Шелтон.
– На твоем месте я бы не стал называть ее имя, – заметил мне Селлерс.
– Это еще почему?
– Возможно, она не захочет возбуждать против тебя дело. Постарается избежать огласки.
– Скажите ей, что в таком случае это сделаю я.
Теперь на меня уставился и Селлерс.
– Какого дьявола она тебя так отделала, – не унималась Берта.
– Он сорвал с нее платье.
Берта расхохоталась.
– Что же в этом смешного? – недоуменно спросил Селлерс.
– Ты никогда не пробовал наброситься на длинноногую спортсменку, – спросила Берта, – которая занимается теннисом, плаванием, водными лыжами и верховой ездой?
– Что-то не припомню.