Старый клоун ушел.
* * *
У Уинстона было дело, которым он занимался лично. Это было личное дело такого рода, из-за которого из него могли сделать тушеное мясо, разорвать его на кусочки и отправить на съедение братьям Пайло, если бы они узнали о нем. В лучшем случае его бы отправили в паноптикум-шоу. В худшем — манипулятор материала получил бы разрешение на то, чтобы обратить его в состояние, в котором Уинстон бы только страдал, но не мог умереть. Поэтому бизнес хранился в тайне долгое время.
Ранним утром цирк большей частью еще спал. Уинстон шагал по главной улице мимо хижины прорицательницы и шатра акробатов. Несколько служек суетились, убирая палатки и пополняя их новым товаром. Большинство из них отводили от него взгляды. Они, как всегда, относились к клоунам настороженно.
Девять погибших трюкачей. Это вызовет большое волнение среди зрителей, подумал Уинстон. Он печально вздохнул и пощупал свои кости. Он хорошо знал, насколько мало здесь ценится человеческая жизнь, но шоу все равно не переставало настойчиво напоминать об Этом.
Он шел к шатру паноптикум-шоу, уверенный в том, что за ним не следят пытливые глаза и что пытливый ум не интересуется вопросом, почему он проводит так много времени в беседах с Фишбоем. Ни один из них не давал основательного повода интересоваться этим. Они были осторожны. Внутри шатра Фишбой был занят беседой с отсеченной головой, известной его друзьям как Наггет. Йети позволили пастись у забора, поедая траву, — это способствовало заживлению ужасных ран в его деснах, остававшихся после шоу с поеданием стекла.
— Уинстон! — воскликнул Фишбой, торопясь по-дружески хлопнуть гостя по руке.
Они обменялись короткими замечаниями о погоде и вчерашнем шоу, поболтали ни о чем, чтобы отвадить любопытные уши. Через несколько минут Уинстон понизил голос:
— Наше шоу прошлым вечером?.. — Он не закончил вопрос, вздернув брови.
Фишбой ответил взглядом своих глаз, узких щелок, расставленных на лице слишком далеко друг от друга. «Нет, мы непричастны к этому», — говорили его глаза.
Уинстон кивнул:
— Я и не предполагал этого. Просто хотел еще раз убедиться. Хотя у меня есть для тебя новости.
Фишбой придвинулся ближе, Уинстон зашептал:
— Я оказался прав относительно шара Шелис. Он в комнате нового парня, в спальне Джи-Джи. Завернут в наволочку. Более того, Джордж знает, что шар пропал!
Сообщение заставило Фишбоя поднять брови.
— Ты уверен? — спросил он с выражением лица, которое Уинстон уже научился толковать.
— Шар — в укромном месте, — подтвердил Уинстон. — Он воспользовался порошком… прячет его от нее.