— Вы все еще желаете, чтобы я нашел тех двух юношей, носильщика и пажа, и попытался выяснить, какие отношения их связывали с Беланкой? — спросила я.
Учитель заколебался, и я была уверена, что он изменит решение. Но он утвердительно кивнул.
— Да, найди их, Дино, и заодно попытайся выведать, что они знают о Грегорио, капитане стражи Моро.
Его слова меня встревожили. Хотя я не могла не признать, что капитан вел себя весьма странно, но не мог же учитель подозревать, что человек его ранга убил двух женщин, одной из которых была его собственная мать! По правде говоря, я не хотела верить в то, что лихой капитан был замешан в этом. Но чем бы ни были две эти смерти: убийствами, самоубийствами или несчастными случаями, нельзя было отрицать, что обстоятельства, окружающие их, были довольно странными.
Обе женщины были служанками кузины герцога, Катерины. Обе были связаны с капитаном стражи. Обе смерти на первый взгляд — самоубийства, однако при более тщательном выяснении обстоятельств все больше похожи на убийства.
С тяжелым сердцем я отправилась выполнять поручение учителя. Пажа мне отыскать не удалось. Что касается носильщика, удача мне улыбнулась: я случайно наткнулась на него за конюшнями, где он справлял нужду.
Я узнала, что его звали Лука, и, как мне показалось, он не отказывал себе в удовольствии пропустить стакан-другой вина, которое ему поручено было носить из подвала. Тот факт, что я застала его с маленьким кувшином в свободной руке, дал мне неоспоримое преимущество. Он немедленно согласился ответить на вопросы в обмен на мое молчание.
Что касается Беланки, он туманно намекнул, что познал ее в библейском значении этого слова, хотя, как я подозревала, это было лишь пустое бахвальство. Когда речь зашла о капитане, он стал куда более откровенным.
— Проклятый надменный ублюдок, крадущий чужих женщин, вот он кто! — с ненавистью процедил Лука. — Расхаживает тут себе с таким видом, словно он, по меньшей мере, герцог, а не сын какой-то кормилицы. Да, я знал его в детстве, — продолжил носильщик, словно забыв о моем присутствии, — он всегда был бессердечным негодяем, хотя девчонки почему-то по нему сохли.
Наконец в его окутанном винными парами сознании возникли какие-то подозрения.
— А тебе какое до этого дело? — пробормотал он, взглянув на меня с опаской. Затем он оглянулся по сторонам и с гримасой отвращения сморщил нос. — Фу, воняет, как будто здесь кто-то сдох. Я пойду обратно на кухню.
Засим он меня покинул, и я отправилась рассказать о том, что узнала, учителю, но не застала его ни в мастерской, ни в апартаментах. Остаток дня я занималась своей обычной работой и заснула только после полуночи, ожидая, что он придет со мной поговорить. Следующим утром он также не дал о себе знать, поэтому я вместе с остальными отправилась в замок готовить стену для фрески.