Брандт… Майкл поднимался по лестнице под смех и веселые голоса, доносящиеся из гардеробной в ближнем крыле здания. В ту ночь, когда утонул Билл Д'Арци, Брандт сказал, что не умеет плавать. Но разве пять минут назад на его глазах он не проплыл весь бассейн быстро и уверенно. Кажется, он мог плавать, когда хотел.
Дверь в мастерскую Сони была открыта. Майкл остановился на пороге и осмотрелся. Серые деревянные стены. Серые потолочные балки. Прямые шелковые оранжевые занавески были откинуты и открывали огромное широкое окно, в которое можно было видеть бассейн, ворота, дом и сад.
Очарование этой картины неожиданно захватило Майкла. «А я и забыл, как здесь красиво», — сказал он себе. Затем он огляделся. На большом чертежном столе была разложена синька с чертежами. Из большого ящика торчали длинные рулоны ватмана и кальки. В другом ящике были сложены большие листы картона. Полка над столом была забита толстыми книгами, похоже, с большим количеством иллюстраций. На стене было развешено несколько окантованных рисунков. На другой стене висела акварель. В одной раме под стеклом рядом с ней располагалась ее же цветная репродукция и грамота, гласившая, что данная работа заняла первое место на конкурсе. Другой стол был заставлен банками с остро заточенными карандашами, баночками туши, треугольниками и линейками. Здесь же стояла большая коробка с маслятами красками и кисточками.
На большом высоком столе располагалась модель застройки земельного участка. Сам дом был сделан в раннеамериканском стиле. С зеленой террасы ступеньки спускались в сад. С одной стороны участка располагался плавательный бассейн. Дальше, отделенный круглой беседкой, увитой зеленью, располагался теннисный корт. С другой стороны сада стояла небольшая конюшня и загон для выездки лошадей. Маленькие деревья на макете отбрасывали настоящую тень. Изгородь, цветы, кустарники — все было сделано, как настоящее. В бассейне вместо воды было зеркальное стекло. Майкл присел на высокий табурет перед моделью и, держа руки в карманах, погрузился в рассматривание всех подробностей.
— Ну как, пойдет?
На пороге стояла Соня, одетая в белое креповое платье и мягкий желтый пиджак, который подчеркивал ее загар и сияние темных глаз.
— Конечно! Это просто сногсшибательно! Надеюсь, вы не сердитесь, что я без спросу поднялся сюда?
— Конечно, нет. Это рабочий кабинет.
— Я никогда не видел, чтобы здесь был такой порядок.
— Я же вам говорила, что моя мать из Новой Англии.
— А из чего это сделано? — он коснулся зеленой полоски, которая изображала на макете лужайку.