Он засмеялся. Впервые за все время. По-настоящему, вместо той кривой тонкогубой усмешки, которая обозначала подлую мысль или уверенность в своем превосходстве.
– Только не вздумай там пошарить, Марек, потом нечем будет ковырять в носу. Лучше смотри на стену.
Вблизи бетонная стена казалась колеблющейся поверхностью воды – словно речка, повернувшаяся со спины на бок. Ее как будто покрывала легкая мелкая зыбь. А когда совсем близко подошли, стало видно, что это почки.
– Похоже, наступает торжественный момент, она на нас реагирует, хочет познакомиться, – сказал Возняк. – Только не говори, что я не предупреждал.
Лауниц поймал себя на мысли, что стена чарует его, притягивает его взгляд. С одной стороны думаешь, что это твердь, а с другой кажется она зыбкой, проницаемой. Коснись ее – и рука пройдет насквозь. А что там за ней? Дыра Эйнштейна, анал Бронштейна… Потом представилось, что из-за этой зыби за ним наблюдают, что к нему ползут из засады те, кого он увидит только в самый последний момент. И еще, будто тянет она – получается, разные заряды, неземная физика, законы иного мира. Лауниц вовремя понял, что еще немного, и он перестанет контролировать страх, а за тем придет обессиливающий трепет и шок. Тогда представил, что это он сам подползает из-за стены, сам на себя смотрит. Помогло.
Когда они с Возняком оказались совсем рядом, стена вместе с прилегающим пространством словно утончилась и напряглась. Лопнула, брызнув тонкой зеленой струйкой, первая почка. Потом и вторая, и другие. Из них словно под напором шли зеленоватые струйки. Они не сразу падали вниз, а скользили по невидимым сильно закрученным желобкам.
– Ну, что, Лауниц, тебе не кажется, что сейчас нас сильно вымажут в зеленке? – спросил Возняк. – Похоже, она меня держит.
– Просто иди, не обращай на нее внимание. «С левым зарядом надо работать. Снимай его так, как снимают напряжение мышц и убирают лишние мысли из головы. Ну, это примерно так же, как готовишь свою попу для использования. Не обижайся, я знаю, что среди пшеков много пидорасов, а среди ребят из Гданьска, городка, который вообще-то русские вам подарили – поголовно все. Когда сильно дрейфишь, у тебя как раз и возникает левый заряд – а похоже, ты дрейфишь сильно». Твои же слова. Ну, почти твои.
Лауниц оглянулся – конкуренты не стали ждать своего часа, они были в полусотне метров. Спустившись со склона, эти типы шли в шахматном порядке, что позволяло им контролировать всю местность. Как патруль на боевом дежурстве. Но они не видели Лауница. Он слышал их голоса, но они долетали, словно проходя сквозь сито, которое обрубало низкие частоты.