А детям?!!
Верно Друц говорил: за все платить надо. Вот мы и платим — за силу свою небывалую, что выше Королей, выше Тузов, ни в одну масть, ни в одну колоду не втиснешь. Тесно ей, силе проклятой, внутри нас — а выхода нет! Нет, выход есть — но лучше б его и не было, выхода этого, выбора этого, чтоб не терзать себя, на части разрываясь!..
Наверное, дура я. Наверное, прав Феденька. Ну, будут дети на нас похожи. Так другие родители только радуются: вылитый я! копия! Будут Дашенька с Тамарочкой магичками, почти как мама, почти как папа… почти… Ну, боль еще перетерпеть. Страшно, конечно — дети, свои! Но — вытерпят ведь, выдержат, не может по-другому быть! Все выдерживают. Зато живы будем, и детей сиротами не оставим, и крылья враз за спиной вырастут…
Может, он, Дух этот, наоборот — подарок нам сделал?..
— Хорошо, милый. Давай.
— Прямо сейчас? — не поверил.
— Сейчас! Пока мы в силах решиться.
Сказала — а у самой одно перед глазами: огонь, жгучий, адский — и мы с Феденькой дочерей наших к тому огню за руки тащим.
Нет! Не хочу такого подарка! Не хочу! Не надо!!! Не на…
Пламя плещется, заполняет все вокруг, слепит, надвигается, жаром в лицо пышет…
* * *
Пламя бьет в глаза.
Нет, не пламя — свет. Просто свет фонаря.
— Александра!.. Сашенька! проснись!.. что, кошмар привиделся? Это ничего, это бывает. Все хорошо, сон есть сон… приехали мы…
Это Шалва Теймуразович.
А Рашель за ним молчит. Белей мела, до синевы, впору наземь грянуться, да только крепка на ногах Княгиня, Дама Бубен; стоит, не падает.
Губу только закусила и — молчит.
…приехали.