— Я этому не верю! — запротестовала Фортуна. — Ну как вы не понимаете? Возвращение к вам этих земель — вопрос времени. А когда вы вновь станете владельцем Уотерлеса, вы сможете помочь Эммелин Хиггинс и ее семье. Эммелин приехала в Лондон в поисках места, поскольку ее отец не может найти себе работу в Уотерлесе. О, Аполлон, вы должны ей помочь… должны!
— Я не собираюсь ввязываться… — начал было маркиз надменным голосом, но стоило ему посмотреть на Фортуну, как слова замерли у него на устах.
Она глядела на него с такой же доверчивостью, с какой смотрели на него его собаки. Это было выражение самой искренней веры.
И хотя он понимал, что здравый смысл велит ему как можно скорее увести отсюда Фортуну и не вмешиваться в неприглядную историю, он не мог этого сделать.
— Ну, хорошо, ведите меня к ней, — неохотно произнес он.
Фортуна взяла его под руку и повела вверх по лестнице. Она открыла дверь комнаты, где нашла Эммелин. Тело джентльмена лежало на полу. Его глаза были широко раскрыты, кулаки сжаты.
— Лорд Бислоу! — проговорил маркиз, не веря своим глазам.
— Вы его знаете? — спросила Фортуна. — Он мертв… как мне кажется.
Но маркиз не стал проверять, мертв ли лорд Бислоу или нет. Он видел слишком много людей, погибших в бою, чтобы определить, что тут уже ничем не поможешь.
— Да, он мертв, — коротко сказал он.
— Эммелин боялась… что это она его убила, — прошептала Фортуна. — Он пытался совладать с нею… срывал с нее… платье. Я думаю… что у него, наверное… было больное сердце.
— Я не врач, — сказал маркиз, — но лорд Бислоу умер либо от удара, либо от разрыва сердца.
— Скажите об этом Эммелин, — попросила Фортуна. — Она в ужасном состоянии… и, пожалуйста… давайте заберем… ее отсюда.
— Но это невозможно! — твердо сказал маркиз. — Все здешние женщины, — он замолчал, и Фортуне стало ясно, что он тщательно подбирает слова, — заключили с хозяйкой… э-э… контракт.
— Нет, это не так! — воскликнула Фортуна. — Хозяйка, если это была она, завлекла Эммелин сюда, пообещав дать ей работу. Она приехала в Лондон, надеясь стать горничной или кухонной прислугой в доме какой-нибудь богатой дамы или господина. Но когда она вышла из дилижанса, к ней подошла какая-то женщина, которая обещала дать ей денег, чтобы она могла послать их родителям.
Фортуна замолчала и взглянула на маркиза. Ей показалось, что он не доволен ею, и она принялась умолять его:
— Ну, пожалуйста… давайте уведем ее отсюда… ей всего пятнадцать, и она хочет вернуться к матери… Может быть, вы сможете найти ей место в своем доме… но что бы мы ни сделали… ей нельзя здесь оставаться.