Он почти повысил голос. Лии ужасно хотелось зажмуриться, чтобы не видеть его.
– Сколько нужно тебе было времени, чтобы увидеть правду? Нет же, ты выбирала то, что блестело ярче и говорило громче.
Дорнот внезапно убрал руки, словно обжегся.
– Я устал ждать. “ Не ждать, а идти вперед” – так ты сама советовала, если помнишь.
Хлопнула дверь, закрываясь за ним. Мир продолжал крушиться, взрываясь и распадаясь на обломки, разрушая последнее, что еще оставалось. Ноги не держали, и Лия опустилась на пол. Закусила почти до крови губу, не давая себе погрузиться в панику и бессмысленные в эту минуту размышления. Этого позволить себе она не могла. Не стоило размахивать кулаками, изображая из себя героиню, это было глупым.
Лия потерла глаза, которые щипало и жгло. Она не могла предположить, что флиртовавший с самыми видными девушками доктор обращал на неё внимание. Всё это походило скорей на вымысел или несменную пародию на сказку. Сказку. Лия внезапно задумалась. Разные фрагменты мозаики вихрем проносились в голове, складываясь в что-то странное, что пока не получалось осмыслить. Начала болеть голова, напоминая о себе и о синяке. Сейчас Лия не смогла бы ответить, кто был хуже из них двоих, причинивших ей за последнее время столько бед.
Судя по всему, она просидела достаточно долго. Дверь вновь открылась, впуская Яна. Он поставил на небольшую тумбочку у кровати поднос, как подсказывало обоняние – с чем-то съедобным. На миг Лии показалось, что ему неприятна та вспышка, которую она спровоцировала в нём.
– Те сообщения, их присылал ты? – Прервала тишину она, – Это ты следил за мной?
– Ты сама знаешь ответ. В наше время не сложно отследить номер человека и написать ему.
– Так все же зачем понадобилось привозить меня сюда?
– Сама бы ты никогда не остановилась в своем желании тонуть и дальше в самообмане.
– И ты решил все сам за меня? – Лия поднялась, – Решил, что увезти меня, напичкав какой-то дрянью – это верное решение?
Похоже ничто не могло заставить его снять с себя маску спокойствия. Он повернулся к ней, внимательно смотря на её лицо. Взял за подбородок, поворачивая на свет голову.
– Само собой. Неправильней было не делать этого, что бы ты оставалась и дальше превращалась в том, чем можно пользоваться. А при случае – даже выражать свои чувства, разукрашивая твое лицо синяками.
Лия отдернула голову и отвернулась, не желая продолжать тему, не предвещавшую ничего хорошего.
– Меня начнут искать на работе. Думаешь, что это сойдет тебе с рук?
– Почему, вовсе нет. Родные знают, что ты уехала. А на работе, – он пожал плечами, – Еще вчера вечером твое заявление об увольнении легло на стол заведующему.