- Анна? - голос у Сольвейг был слабый и грустный.
- Так, подруга, прекращай слезы, - скомандовала Аня. - Вернулся твой Рандвалф, все нормально. Просто опоздали немного.
На том конце провода воцарилась тишина.
- Эй, подруга, - позвала Аня. - Ты там, в обморок, что ли, упала?
- Нет, - откликнулась Сольвейг. - А ты не врешь?
Аня отдала телефон Рандвалфу. Тот, к счастью, быстро сообразил, что делать.
- Привет, красавица, я вернулся. Прекрати там плакать, я здесь, все нормально. Ребенка береги.
И поморщился.
- Вот чего вы, женщины, вес время ревете?
- Отдай, бесчувственная скотина, - обиделась за подругу Аня. - Сольвейг! Ты там?
- Там Марина, - отозвались на том конце провода. - Сольвейг ревет, но вроде радуется. Сейчас мы ее чем-нибудь вкусненьким накормим и успокоим. Вы скоро приедете?
- Через пару часов.
Аня глянула в зеркало, на свое отражение. Волосы спутались, лицо опухло от слез. Краше только замуж выходить, не иначе!
- Хорошо. Веста, тебе бы душ не помешал, - она оглядела Риорскую, которая была в пыли и крови. - Иди, там полотенца чистые лежат. Как пользоваться, сообразишь?
Веста кивнула и бросилась купаться.
- Вы, господин Риорский, отдыхайте, - кивнула Аня мужчине. - А тебя зовут как?
Эль неуверенно улыбнулась новой знакомой.
- Элиана, - ответила она.
- Очень приятно, - Аня улыбнулась. - Я - Аня. У тебя очень красивые крылышки. Ты кушать хочешь?
- Хочу! - кивнула девочка и застенчиво улыбнулась.
- Ой, какая ты прелесть, - рассмеялась Аня. - Ну, идем на кухню, поищем чего-нибудь вкусненького...
***
Веста начала рассказывать, когда они приехали к Марине. Да и то не сразу. Сначала Рандвалф и Идгард как-то очень странно встретились. Не поняла Аня, то ли Идгард Рандвалфа как отца встретил, то ли как дядю, но рад был неимоверно. Дети тоже радовались, хотя и не так сильно: им еще не говорили, что дядя не вернется. Просто у них было хорошее настроение: в кои-то веки за последнее время взрослые улыбались и радовались.
Сольвейг еще лежала, но чувствовала себя значительно лучше. Встречу их видела только Аня, да и то мельком: отвернулась, смутившись. Поцелуй, которым наградил жену Рандвалф выходил далеко за рамки приличного. Когда он, наконец, выпустил жену, та покраснела даже. Но сил отпустить мужа в себе не нашла, так и поместилась вся компания в спальне, где спала Сольвейг. Весту тут же попросили рассказать обо всем, что с ними случилось, но прежде отослали детей в другую комнату.
Эль и Ксюха, едва встретившись, задружили и везде ходили вместе. И, что самое смешное, постоянно побеждали в драках и битвах с Идгардовыми наследничками. Эль взлетала периодически, правда, не высоко, а Ксения, к удивлению обоих родителей, начала откуда-то извлекать снежки. В общем, мужская часть детского населения с позором капитулировала и предпочла скромно усесться в уголочке. От греха подальше. Когда Аня, разняв в очередной раз детей, вернулась в спальню, Веста уже рассказывала.