Это не было вопросом, и нотариус промолчала.
– Значит, три дома из четырех отходят не сыну.
– Три из пяти.
– Пяти?
– Вы забыли про отель.
– Ах да, конечно. Тем не менее это удивительно.
– Луак и Катрин Пеннек придут сегодня в 15 часов. Состоится вскрытие завещания. С остальными наследниками я встречусь завтра утром.
– Луак Пеннек знает об этом? Я хочу сказать, господин Пеннек не говорил вам, что его сын знает о содержании завещания?
– Не могу ничего вам сказать, об этом мы никогда не говорили. И потом, знаете, это не входит в компетенцию нотариуса.
– Но что говорит вам ваше чувство? Простите, что я ставлю вопрос в такой форме.
– Я не могу ответить на этот вопрос, господин комиссар. Я начинаю неловко себя чувствовать при одной мысли о том, что в этом вопросе мои чувства могут сыграть какую-то роль.
– Я очень хорошо понимаю вас, мадам. Когда было составлено завещание?
– Пьер-Луи Пеннек составил с моей помощью завещание двенадцать лет назад и с тех пор ничего в нем не менял.
– Оно существует в единственном экземпляре, который хранится у вас?
– Да, разумеется, оно хранится, как и положено такому важному документу, в сейфе.
– Что за письмо оставил Пеннек Франсине Лажу?
– Разумеется, его содержание мне неизвестно. Это личное письмо.
– Думаю, супруги Пеннек будут не слишком довольны таким завещанием.
– Есть еще два распоряжения, о которых следует упомянуть. Одно касается построек. Во дворе участка, на котором стоит дом Делона, есть подсобное строение, довольно большое, почти дом. В свое время, когда было составлено завещание, в связи с этим строением возник спор между Пеннеком и его сыном. Сын построил там склад для меда. Вы, наверное, уже знаете об этом бизнесе Луака Пеннека?
– Да, я что-то слышал о том, что он решил заняться мелким предпринимательством. Хотел продавать бретонский мед – miel de mer.
– Собственно, я об этом знаю не больше вас, господин комиссар.
– Он все еще занимается этим делом? Склад функционирует?
– Этого, к сожалению, я вам сказать не могу. Я знаю только, что Пеннек отдал эту постройку в распоряжение Делону – она находится в его саду. Что делает сын с медом, я, честное слово, не знаю. По этому поводу был спор, и Пьер-Луи Пеннек все-таки отдал постройку сыну, хотя по завещанию она достается Делону. Конечно, сыну хотелось получить у Делона постройку и целиком переделать ее под склад. Я знаю об этом только потому, что из-за этого спора были определенные проблемы с составлением завещания.
– Насколько ожесточенным был этот спор?
– Господин Пеннек был настроен очень решительно. Для него очень важно, чтобы этот пункт завещания нельзя было толковать двояко.