Рой полюбопытствовал:
— А на Мадагаскаре — значит, они не водятся?
Оливер надел колпачок на иглу и убрал использованный шприц обратно в рюкзак. Судя по всему, он не хотел оставлять в этом девственном лесу признаки человеческого пребывания. Хотя мог просто выбросить шприц в кусты, а потом какой-нибудь мелкий грызун или змея поранились бы. Оливеру было не все равно на счет всего этого.
— На Мадагаскаре вообще нет ядовитых змей, — закидывая рюкзак на плечи, прокряхтел Оливер.
— Доктор, мне как-то не хорошо, — вновь попытался пошутить Владимир. Сейчас он разлегся на зеленой подстилке тропического леса и ждал, когда сыворотка подействует. — У меня болит голова, тошнит немного и в глазах двоится, а еще мне тяжело дышать и очень хочется спать.
— На лицо все признаки отравления токсичной слюной от ядовитой змеи. — Скоро противоядие уничтожит вредоносный белок, и ты сможешь идти.
Когда Оливер закончил произносить воодушевляющие слова, Владимир тяжело вздохнул, а потом его глаза закрылись, он потерял сознание. Голова русского расслабленно повисла с плеча над примятым папоротником.
Месть — опасная штуку. Она может навредить не только человеку, которому мстят, но и самому мстителю. Второй, в свою очередь, получает гораздо больше неприятностей, чем первый.
Эта зараза свойственна как людям, так и животным: подобное уже никак не назовешь инстинктом. Верно?..
«Тонкая грань между животным миром и миром людей»
Зыбкая дорога к яхте «Каравелла»
Владимир, приподняв отяжелевшие веки, с трудом открыл глаза, раздумывая о том, что может так сильно одновременно сотрясать его тело и опьяненное сознание, которое постепенно начинало к нему возвращаться. Через секунду он понял, что бесполезно учащенно моргать глазами, пытаясь прояснить зрение. Оно было в порядке. Это джунгли погрузились в ночную темноту, а фонарик на его каске уже давно был выключен. Это было первое, что он сделал, когда вышел из пещеры. Подпрыгнув на плече Оливера, он ощутил неприятную давящую боль в области солнечного сплетения.
— Стой. остановись, — судорожно прохрипел Владимир сползая с широкого плеча самонареченного серпентолога. — Похоже, я очень долго был без сознания. Где мы сейчас находимся?
Все дружно остановились.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил русского Оливер.
— Спасибо за помощь, друг. Теперь мне гораздо лучше. Неужели ты столько времени нес мою тяжеленную задницу?
Оливер удивленно хмыкнул. Вопрос Владимира показался ему забавным.
— Я не один это делал. Мы менялись с Моррисоном.
— Спасибо большое, ребята. Так, где же мы сейчас?