– Ладно, сдаюсь, – выдохнул он, опускаясь на пол. – Похоже, мне придётся попросить вас вернуться во дворец одной и прислать сюда людей.
Селина мрачно качнула головой.
– Всё не так просто, – сказала она, садясь рядом с ним на корточки. – Существование этого хода – государственная тайна. Я не имела права никому о нём сообщать, тем более приводить кого-то сюда. Так что, во-первых, отправив за вами людей, я бы раскрыла государственную тайну и им. А во-вторых, если кто-то узнает о вашей осведомлённости, вас просто-напросто казнят.
– Казнят?! – вытаращил на неё глаза Винсент. – За какой-то дурацкий тоннель?
– Ну, дурацкий он или не дурацкий, вам виднее, – бесстрастно откликнулась Селина, – но в остальном всё правильно. На этот счёт закон предельно прост. Узнали то, что вам знать не положено, – идёте на эшафот. Закон сохранения тайны.
– И кто же настолько сильно заинтересован в сохранности этой тайны? – скептически поинтересовался Винсент.
– Король, разумеется, – не моргнув глазом, ответила девушка.
Тень от факела лихорадочно плясала по стене, тревожа тщательно сотканную под покровом тьмы паутину.
– Даже если и так, я – иностранный посол и потому неприкосновенен, – напомнил Винсент.
В действительности это, конечно же, было ложью. Для короля он был не более, чем Охотником, а это навряд ли могло сойти за повод для помилования. Впрочем, Селину и ложный повод не слишком-то впечатлил.
– Значит, вас не возведут на эшафот, – равнодушно кивнула она. – Вам просто устроят какой-нибудь несчастный случай.
Винсент посмотрел на неё очень внимательно – насколько мог, учитывая своеобразие освещения.
– То, что вы говорите, звучит не слишком лестно для монарха, – заметил он. – И, кажется, не делает ему чести.
Смелое заявление, возможно, даже опасное. Но обстановка располагает. К тому же он не испытывает пиетета в отношении представителей королевских фамилий; слишком много ему довелось с таковыми общаться.
– Чести? – изогнула брови Селина. – Это понятие не слишком применимо к королям. Они мыслят и руководствуются иными категориями. И там, где требуется, не задумываясь, ходят по чужим головам.
– Ошибаетесь, – возразил Винсент. – Короли – это не специфическая раса вроде тъёрнов. Это живые люди. Они все разные. Есть среди них и те, кому не чужда порядочность.
– Есть, – и не думала спорить Селина. – Непорядочные короли ходят по чужим головам в своих личных интересах. Порядочные короли делают это в интересах государства.
– А королевы? – прищурился Винсент.
Селина улыбнулась. Мрачно, почти порочно. Эта улыбка понравилась Винсенту куда меньше, чем вся предшествовавшая ей холодность.