Лесьяр принял с чаши маленькое женское колечко из серебра со вставкой из горного хрусталя и надел на средний пальчик правой руки Ладомиры. Девушка также взяла кольцо, предназначенное для суженого. Оно было золотым со вставкой из чёрного гагата[51].
Тем временем Сияна затянула речитатив:
— Среди Сварги перстни скованы,
В светлом Ирье позолочены,
На земле волхвом оценены.
Кому эти перстни носить?
Князю светлому со княгинюшкой,
Лесьяру с Ладомирушкой…
Как только ведунья умолкла, Ждана преподнесла волхву два металлических обруча-венца. Волхв надел их на головы молодых поверх цветочных венков и произнёс:
— Идёт Сварог из кузницы,
Несёт Сварог три молота,
Сварог-кузнец, скуй нам венец!
Брачный оков, красив и нов,
Перстни златы для верности,
В добавочку и булавочку.
Чтоб в том венце венчатися,
Перстенями обручатися,
Булавкою повой приткнуть!
Окончив речь, волхв связал руки молодых свадебным рушником и, взявшись за его концы, трижды обвёл пару вокруг алтаря. Сияна и Ждана осыпали молодых зерном, маком и хмелем.
Лесьяр и Ладомира трижды поклонились волхву, затем Ждане и, наконец, Сияне. И, взявшись за руки, растворились в сумраке леса. Недалеко от капища Лесьяр приготовил шалаш из свежего лапника, а в нём — брачное ложе. Астрид долго наблюдала за трудами Лесьяра.
И когда он ушёл, Астрид облюбовала на ночь шалаш и расположилась в нём. Учуяв приближение людей, она выскользнула из своего временного укрытия и, затаившись неподалёку, увидела, как молодой мужчина и юная дева спешно забрались в шалаш. И вскоре окрестности огласили восторженные крики молодожёнов.
Астрид не выдержала и приблизилась к шалашу. Наблюдая за соитием пары, она поняла, что оно ничем не отличается от любовных игр волколаков, когда те пребывают в человеческом облике. И чем больше она наблюдала за любовным актом, тем больше ей хотелось слиться с Лесьяром в ипостаси женщины.
Однако Астрид была не единственной, кто наблюдал за брачной ночью молодых. На дереве, под которым они расположились в шалаше, сидела серенькая кукша…
С рассветом молодые тронулись с места, их путь лежал в Старгард к лютичам. Не успели они преодолеть и четверть версты, как перед ними из-за деревьев возник волк. Он спокойно стоял, взирая на молодожёнов. А затем и вовсе лёг на землю — мол, нападать я не намерен.
Ладомира в страхе прижалась к мужу. Тот снял с плеча лук, извлёк стрелу из колчана и натянул тетиву…
Волк не тронулся с места. Лесьяр с удивлением взирал на хищника.
— Волчица! Впервые вижу такое! Лежит, словно сказать что-то хочет…
Не успел Лесьяр произнести эти слова, как волчица спокойно встала и неспешно направилась к путникам.