– Надзиратель Сёренсен идет, – сказала секретарь в приемной.
– Не…
– Он прошел мимо меня, будет через минуту.
– Вот как? – сказал Франк.
Сёренсен. Он что, собирается досрочно выйти с больничного? Нетипичное поведение для норвежского работника.
У него за спиной открылась дверь.
– Ну, Сёренсен? – громко произнес Арильд Франк, не оборачиваясь. – Забыли постучать?
– Сядь.
Франк услышал, как щелкнул дверной замок, и удивленно повернулся на голос. И замер, увидев пистолет.
– Только пикни, и я застрелю тебя прямо в лоб.
У пистолета есть одно свойство: когда он на кого-то наведен, то тот, на кого он нацелен, обычно так сильно концентрируется на пистолете, что не сразу узнает человека, держащего оружие. Но когда парень оторвал от пола ногу и толкнул кресло, покатившееся к руководителю тюрьмы, Франк понял, кто перед ним. Он вернулся.
– Ты изменился, – произнес Франк.
Он собирался сказать это более авторитетно, но в горле у него пересохло, и он не мог издавать нормальных звуков.
Пистолет поднялся чуть выше, и Франк мгновенно опустился в кресло.
– Положи руки на подлокотники, – сказал парень. – Сейчас я нажму кнопку на коммутаторе, и ты велишь Ине сходить в пекарню и купить нам с тобой булочек. Немедленно.
Он нажал на кнопку.
– Да? – раздался любезный голос секретарши.
– Ина… – Мозг Франка отчаянно искал альтернативные варианты.
– Да?
– Сходите… – Метания Франка резко прекратились, когда он увидел, как палец мальчишки Лофтхуса отводит курок немного назад. – Сходите купите свежих булочек, пожалуйста. Прямо сейчас.
– Да, хорошо.
– Спасибо, Ина.
Лофтхус отпустил кнопку, вынул из кармана рулон белого скотча, обошел вокруг кресла Франка и начал привязывать его руки к подлокотникам. После этого он привязал его туловище к спинке кресла, а ноги – к ножкам с колесиками. Странная мысль посетила Франка: он должен быть напуган сильнее. Мальчишка убил Агнете Иверсен. Калле. Сильвестра. Хуго Нестора. Он что, не понимает, что умрет? Может, все из-за того не относящегося к делу факта, что он находится в собственном безопасном офисе в Гостюрьме и что сейчас разгар дня. Или из-за того, что он наблюдал, как этот мальчишка взрослеет в его собственной тюрьме, ни разу не проявив воли или склонности к насилию, кроме того единственного случая с Халденом.
Мальчишка обшарил его карманы и вынул бумажник и ключи от машины.
– «Порше-кайен», – громко прочитал он на ключах. – Дорогая машина для государственного служащего, не находишь?
– Чего ты хочешь?
– Я хочу получить ответы на три простых вопроса. Если ответишь честно, останешься в живых. Если нет, я, к сожалению, буду вынужден лишить тебя жизни, – произнес он почти извиняющимся тоном. – Первый вопрос: на какой счет и на какое имя Нестор посылал деньги, когда платил тебе?