Скэрроу сел напротив него на кожаный диван, его глаза были жестки и холодны, как латунные шляпки гвоздей.
— Ты когда-нибудь обращал внимание на безупречность каждой детали в Ацтеке? Взгляни, к примеру, на этот пол, Койотль. Изысканное дерево венге, никаких недостатков. Говорят, оно обладает магической силой. В Африке, где оно растет, из него столетиями делали церемониальные маски и статуи богов.
Койотль не поднимал глаз, понимая, что настроение Скэрроу сейчас темнее коричневых досок пола.
— Или ковры. Это не просто ковры. Это настоящие персидские ковры из шелка и шерсти с груди и плеч горных овец. Тысяча узлов на квадратный дюйм. С годами краски становятся сочнее, и ковер становится еще лучше. Хороший персидский ковер может прослужить сотню лет… Так говорят… — Скэрроу переводил глаза с одного ковра на другой, словно восхищаясь произведениями искусства в музее. Потом он сделал паузу и пристально взглянул на главу штаба. — Безупречность. Но ничто не длится вечно, так ведь?
Койотль поднял голову, понимая, что страх в глазах спрятать не удастся.
Скэрроу продолжал:
— Стремление к безупречности для меня важно. Меньшего я не потерплю. Но теперь у меня проблема, друг мой.
Койотлю показалось, что у него остановилось сердце и кровь перестала течь по жилам.
— Но я не виноват в том, что случилось в Париже!
Скэрроу вытянулся на диване.
— А, твое замечание говорит мне, что ты хорошо понимаешь, что меня беспокоит.
— Да, Хавьер. Понимаю. Но я пытаюсь объяснить, что случилось.
— Разве не ты сопровождал апостола Менгеле в Париже?
— Да, но…
— Тогда это твоя вина.
Койотль почувствовал себя задетым, по спине потек пот.
— Не я разрабатывал план. Бросить их в катакомбах было ваше решение. Я предупреждал, что возможны случайности.
— Это ты отвечаешь за то, чтобы случайности были невозможны.
Койотль почувствовал потребность встать и начать шагать по комнате. Вместо этого он переложил руки обратно на подлокотники, непроизвольно вцепившись пальцами в их края.
— Я не знаю, как им удалось выбраться. Они были так глубоко в лабиринте, что не иначе как чудо…
Скэрроу сложил кончики пальцев домиком и приложил к губам.
— А то, что они пережили удар по лодке у Флорида-Киз, это тоже чудо? И взрыв бомбы в Мехико? Как там можно было выжить? Ты считаешь, что все это были чудеса?
— Хант и ее спутнику невероятно повезло. Все планы имели недостатки. В своих стратегиях вы закладывали риск провала ради того, чтобы результат можно было выдать за несчастный случай. Почему бы уже открыто не убить их обоих? Застрелить. И инсценировать угон автомобиля или ограбление, или еще какой-нибудь случайный акт насилия. Лишь бы результат был достигнут. Чем проще, тем лучше.