Глава 12. Если Господь хочет наказать человека, то лишает его разума…
Утром четвертого дня после свадьбы шляхтичи сидели в покоях Мнишека.
– Пан воевода, в городе уже небезопасно. Надо что-то делать, – говорил Осмольский. – Уже казаки предупреждают нас, что Шуйские готовят мятеж.
– Что с этой боярыней? Нашли зачинщиков? – озабоченно спросил Мнишек.
– Нет. Царские судьи и гонцы семь раз за день, вместе с боярским посланником выходили к народу и сообщали, что никакие поляки ее и пальцем не трогали, – ответил шляхтич.
– И что же?
– Теперь на нас наговаривают, будто по ночам мы оскверняем их церкви.
Мнишек встал из кресла и нацепил саблю.
– К царю паны.
Дмитрий был в прекрасном расположении духа. Пиршество продолжалось. Ему, конечно, доложили и про историю с боярской дочкой, и про то, что накануне ночью в Кремле поймали шестерых разведчиков от Шуйских. Но он лишь приказал казнить их, а сам, обманом успокоив Марианну, продолжал предаваться радостям жизни. Визит Мнишека он воспринял также легкомысленно.
– Поистине, пан воевода, вы поражаете меня своим малодушием, – ответил он на слова Мнишека. – Но, дабы успокоить вас, я сейчас же прикажу Басманову по всем улицам в темное время суток поставить стрелецкую стражу, чтобы стерегли всех гостящих в Москве поляков.
– Государь, народ бунтует. Шляхтичей забрасывают камнями. Отказываются продавать даже хлеб. Нынешней ночью кто-то без вашего ведома впустил в город разными воротами толпу. Это те восемнадцать тысяч служивых, которых вы отправили в Крым. Всеми воротами города владеют изменники.
– Ступайте, воевода, – утомленно ответил Дмитрий. – Отдыхайте и веселитесь. Я все улажу.
Поляки покинули царские палаты.
– Вот уж точно сказано, что если кого Господь Бог и хочет наказать, то сперва отнимает у него разум, – проворчал Мнишек, выходя на площадь.
* * *
Той же ночью, Шуйский выпустил из укрытий десятки тысяч верных себе солдат.
Рано утром, когда Москва еще не проснулась, на улицах послышались крики.
– Горит город! – кричали солдаты.
Через четверть часа, головорезы Шуйского окружили все польские квартиры, и одновременно захватили Кремль. Потом они ударили во все колокола, и толпа вооруженных мятежников начала стекаться на Красную площадь. Быстро поубивав отряды алебардщиков, бунтовщики ворвались во дворец.
Шуйский с помощниками ворвался в покои Дмитрия. Расправившись с Басмановым, который обычно спал в соседней от царской комнате, они схватили царя.
Марианна, услышав крики, выбежала в коридор.
– Что такое?
– Шуйские возмутились! – крикнул ей стрелец. – Беда, царица! Государя убили!