Было очень жаль любимый предмет гардероба. Конечно, он сделал это специально! Конечно, мне хотелось ему врезать с маха и очень сильно. Конечно, я обманывала себя, когда думала, что смогу встать и уйти. В глубине души я прекрасно понимала, чем закончится наш обед и вообще любая встреча, мне не следовало соглашаться. Но я вела себя, как алкоголик, который искренне верит, что каждая новая рюмка – последняя.
Я слушала, как Андреас ругает себя за неловкость, смотрела, как он перебирает вещи, подыскивая подходящий для меня пуловер, согласилась надеть его, а рубашку оставить здесь для стирки. Начала расстегивать пуговку за пуговкой и исподтишка наблюдала, как меняется хозяин «Владычицы морей». Его чуть вздернутые вверх светлые брови, придававшие лицу доверчивое, почти детское выражение, выпрямились, на лбу залегла складка, сразу превратившая его во взрослого, страстного человека. Даже идеально прямой античный нос, кажется, стал острее, как нос гончей, почуявшей добычу. Он резко повернулся, совершенно забыв о больной ноге, и потянулся ко мне всем торсом.
Темная, иррациональная сила овладела мною – если бы я посмотрела в зеркало, наверняка увидала бы «плохую сестренку», которая стоит за моим плечом и подталкивает вперед. «Он врет, он все время тебя обманывает. Он все знает, он видел, что случилось, – злобно шептала невидимая сестренка мне прямо в уши. – Ты ему нужна только для секса, больше ни за чем. Он считает тебя еще одной шлюшкой на своем пути, годной только доставлять ему удовольствие, расхваливать его стати, при этом «не испытывать ничего личного». Но передо мной были двери с матовым стеклом, и никакого отражения в них нет, я развернулась и резко бросила испачканную рубашку прямо в Андреса, вошла внутрь ванной и решительно открыла воду.
По мере того, как ванна наполнялась, струя мягко зазвенела мне:
«Лени-Лени, он тебя утопит! Нельзя снова попадать в воду вместе с ним!»
Но я уже стащила джинсы, отшвырнула прочь и перебросила ногу через бортик. Будем считать, что это следственный эксперимент, которого не может позволить себе ни одна полицейская система мира. Сможет он отказаться от своих экстравагантных развлечений ради куда более банального секса, зато со мною – самой владычицей морей, или попробует утопить меня как ту, другую, бедолагу?
Сладкое предвкушение опасности щекотало затылок, тысячи крошечных пузырьков ласкали тело так сладостно, что я зажмурилась. Горячие струи воды сменялись холодными, и здравый смысл напрочь растворился в них.
Когда я открыла глаза, он стоял за моей спиной. Его ладони коснулись моей кожи, переместились от ключиц к груди, прикрыли соски и нежно сдавили их – я видела отражение его обнаженного торса в зеркале, могла любоваться его загорелой кожей: