– Они спрашивают, откуда мне это известно, – радостно сообщил Фаддей, оборачиваясь к двум своим спутникам.
И один из них – высокий и плечистый детина – сурово глянул на богомольцев и строго сказал:
– Учителю многое известно.
– Но они, Хамон, спрашивают, откуда известно? – выкрикнул Фаддей и поднял вверх указательный палец с необычайно длинным ногтем.
Детина, которого звали Хамоном, нахмурился и вопросительно покосился на своего соседа – человека среднего роста, который, однако, на голову был выше Фаддея. Тот несколько раз кивнул головой, а потом глубокомысленно произнес:
– Есть множество книг на свете… – Вместо того чтобы закончить фразу, он еще раз кивнул головой.
– И первейшая из книг, Биннуй, – книга Закона Моисея, – изрек Фаддей, и черные его глаза еще ярче вспыхнули в лунном свете.
Наступило молчание. И кто-то из слушателей, видимо отягощенный этим, решил подать голос:
– Того, о чем ты нам рассказывал, нет в Законе.
– А ты внимательно слушал Закон?! – радостно встрепенулся Фаддей, и борода его запрыгала, наскакивая на рот и на глаза.
– Как все. Когда раввин в синагоге…
– И самое начало помнишь, про Сотворение?
– Кто ж не помнит…
– А если внимательно слушал и помнишь, зачем утверждаешь ложь?! – еще радостнее воскликнул Фаддей.
Тут уже полное молчание наступило на поляне между пальмами. А Фаддей изрек:
– Истинно говорю вам: никогда не выступал я против Закона. И то, что я начал рассказывать, я сейчас повторю, на Закон опираясь. А Биннуй, мой друг и товарищ, – тут Фаддей длинным ногтем своим указал на второго спутника, – который знает Закон, как шему, будет слушать меня и спрашивать, если что-то не поймет или что-то ему покажется неправильным.
Фаддей замолчал и сперва посмотрел на огонь, затем на своего друга Биннуя. А тот достал из кармана на поясе несколько стружек и аккуратно поместил их в сосуд с огоньком, почти не потревожив пламени.
– «В начале сотворил Бог небо и землю». Первая строчка Закона, – начал Филипп и спросил: – О чем она вам говорит?
Все молчали.
– Что вы в ней слышите? Что в ней видите?
И снова Фаддею ответило молчание.
– А я так вижу и понимаю. Небо Первого дня – это не то небо, которое мы видим у себя над головой, которое было сотворено во Второй день и испорчено в начале Смешения. Небо Первого дня – это мир идеальный, мир благой, мир Мысли Божьей. И в небе этом поместился и пребывал Господь Мудрости – и шесть его ликов, которыми Он к нам обращен, шесть атрибутов, как скажут нам эллины, а именно: Благая Мысль, Лучшая Истина, Избранная Власть, Святое Благочестие, а также Целостность и Бессмертие. Их сотворил Бог Мудрости в Первый день. И в Книге Моисея они называются небом, а пророк Исайя называет их серафимами. И что мы можем о них сказать? – спросил Фаддей и посмотрел на Биннуя.