Строй не шелохнулся.
Все молча и хмуро смотрели на своего внезапно воскресшего командира.
Бойцы ждали, когда он отдаст свой первый приказ.
* * *
– Булганин, отойдем, – предложил Иван, отправив бойцов готовиться к предстоящему марш-броску.
Они со старшиной вышли на открытый воздух, остановившись у изгиба одетого в бетонную рубашку хода сообщения.
– Твои соображения, Степан? – прикуривая сигарету, сразу перешел к делу Лозин.
Булганин прищурился.
– Нереально все это… – внезапно произнес он. – Три месяца прошло, а чудится, что сон. Не могу поверить… – Он тряхнул головой. – Думалось ли, что вот так, разом, всю Землю?.. – Он замолчал, глядя, как в прорехах рваных облаков тускло помигивает одинокая звезда.
Пахло гарью пожарища.
– Я не о том тебя спросил, старшина. – Иван повернулся к нему.
– А о чем? – Степан опустил голову. – У меня нет никаких соображений, командир. Два десятка человек не могут одолеть тысячи этих тварей – вот мое мнение, если хочешь напрямоту. Душить я их буду, хоть голыми руками, до последнего хрипа, но…
– Чем душить без веры в победу, Степан, так лучше застрелиться, – в тон ему ответил Лозин.
– А ты, Иван, веришь в нее?
– Верю! – В голосе лейтенанта вдруг прозвучали металлические нотки. – Вспомни, чему нас учили, и сам поймешь… – Лозин посмотрел на осунувшиеся черты Булганина и добавил: – Думай, старшина, потому что теперь мы с тобой генеральный штаб.
Булганин нервно усмехнулся.
– Давай попроще, командир, – внезапно попросил он. – Чувствую, у тебя голова варит иными масштабами, а мне… – он запнулся, – не осмыслить все это.
– Что мешает? Страх?
– Нет… – подумав, ответил Степан. – Не страх. Сам знаешь, в каких передрягах бывали. Это что-то другое. Я не понимаю – зачем? Почему всех людей, все континенты? Что им надо?
– А ты перестань мыслить глобально, – посоветовал ему Лозин. – Вспомни хотя бы историю Древней Руси. Когда татаро-монголы вторглись, Орда была для славян такой же чуждой, как эти пришельцы для нас. Ни языка их не знали, ни обычаев, и поначалу наши предки понимали лишь одно – враг это, раз сжигает города, убивает, уводит в полон женщин с детьми… Но ведь выстояли, верно?
– Сравнил… – хмыкнул Булганин.
– Да, сравнил. – Иван погасил окурок о бетонную стену хода сообщения. – История имеет свойство повторяться, лишь расширяя масштабы событий, приобретая иную степень технологий, но чаще всего у истоков конфликтов стоит один и тот же набор побудительных причин.
– Все это ни к чему, лейтенант… – с вызовом ответил старшина. – Я не хочу их понимать. Ненависти во мне – во, – он выразительно чиркнул ребром ладони по горлу. – Давай действительно упростим все до привычных величин: ты голова, а мы с ребятами твои руки. Можешь не сомневаться, сделаем все, что скажешь. Сидеть тут осточертело, а куда идти – неизвестно.