– Всем наверх! – не найдя иного приемлемого решения, приказал Лозин. – Рассредоточиться и укрыться в наружных ходах сообщения!..
* * *
Первым в полузасыпанную траншею, соединявшую два железобетонных укрепления, выбрался Долматов и тут же, обернувшись к лейтенанту, произнес:
– Хреново их учили обращаться с нашим оружием!
Иван в первый момент не понял, отчего в голосе Андрея звучат нотки мстительного удовлетворения, но, взглянув в указанном направлении, увидел, что один из черных кораблей лежит, перевернувшись набок, метрах в двухстах от их позиций.
Он сбросил бомбы, двигаясь на малой высоте, и, естественно, не избежал удара мощной взрывной волны, да и разлет осколков, похоже, внес свою роковую лепту в плачевный исход неумелого бомбометания: в корпусе чужеродного аппарата зияли внушительные дыры, откуда истекал густой черный дым, словно внутри горели автомобильные покрышки…
Мысленно списав его со счетов, Лозин оглянулся и увидел, что второй корабль Чужих, ненормально кренясь на один борт, идет к бункеру. Его захваты все еще удерживали бомбы, и было ясно – несмотря ни на что, он сейчас сбросит их…
– Ложись! – выкрикнул Иван, падая на дно бетонированного хода сообщения.
Спустя несколько мгновений мощнейший удар потряс окрестности. Бомбы легли густо, но неточно, усеяв столбами разрывов весь северный склон возвышенности, однако при таком количестве сброшенных боеприпасов промах в сотню метров уже не имел решающего значения: сумерки на миг превратились в день, а затем свет померк, когда тонны земли вдруг поднялись в воздух, на мгновенье повисли в нем и со стоном рухнули назад…
Обжигающий удар взрывной волны тяжкой судорогой прокатился по окрестностям, осколки авиабомб крошили бетон обнажившихся из-под осевшей земли укреплений, уходя на излет с изматывающим душу воем. Лозина, который успел ничком упасть на дно траншеи, подкинуло вверх, ударив спиной обо что-то твердое, и он задохнулся от боли, не ощущая того, как тело безвольно скользит по дымящемуся оползню, скатываясь назад, в полузасыпанный ход сообщения.
В такие секунды контуженый разум избирательно выхватывает фрагменты реальности, навек запечатляя их в памяти…
…Иван не потерял сознание от оглушающего удара, и его помутившийся взгляд продолжал следить за сбросившим бомбы чужим кораблем, который по инерции следовал прежним курсом, – казалось, что, освободившись от своего смертоносного груза, он остался невредим, но прошла секунда, другая, и в наступившей вдруг ватной тишине чужеродный корабль внезапно начал разваливаться на отдельные фрагменты, падающие в лес, с глухими ударами подламывая попадающиеся на пути деревья…