Эдвин развязал веревки и открыл крышку.
— Это, конечно, именно то, чего мне всегда хотелось, — буркнул Джулиус. — Коробка здорово смотрится в углу комнаты под картиной.
— Не торопись, папа, — легкое раздражение в голосе сына так напоминало интонации Джулиуса.
Анна снова обратила на это внимание, но Джулиус ничего не заметил. Пожалуй, первый раз они не набрасывались друг на друга.
— Это компьютер.
Эдвин вынул его из коробки и поставил на стол перед отцом. Тот смотрел на молодого человека в замешательстве.
— Ты купил мне компьютер? Как умно!
Эдвин усмехнулся, и Анна тоже улыбнулась. Как приятно было смотреть на них, когда они наконец начали нормально разговаривать. Трудно сказать, как долго это продлится, но все имеет свое начало. Это, возможно, начало перемирия.
— И что я буду с ним делать? — Джулиус не отрывал глаз от экрана и аккуратной клавиатуры цвета слоновой кости — диковинки, свалившейся как будто с неба прямо на его кофейный столик.
— Ты будешь с ним вместе помогать мне, — серьезно сказал Эдвин, и они посмотрели друг другу в глаза.
— Помогать тебе? В чем?
В голосе послышались нотки враждебности, и у Анны екнуло сердце. Неужели перемирие окажется таким коротким. Несколько едких замечаний, обидные слова, Эдвин отвернется, и кто-то, а может быть, и оба решительно покинут комнату…
— Я открываю здесь филиал своей фармацевтической фирмы, — начал спокойно объяснять Эдвин. — У меня филиалы по всей Европе. Англия — последний бастион, который должен пасть. Фирма будет заниматься здесь в основном поставкой лекарств, и мне нужен ответственный человек, который взялся бы за это.
— Я тебе подхожу? — с недоверием спросил Джулиус.
— Да. Ты чертовски умен, и, по-моему, пора перестать хоронить себя.
Вдруг Джулиус нахмурился.
— Значит, тебе жаль меня? Но я слишком стар, чтобы смеяться надо мной, да и чтобы жалеть меня! Кажется, глупый Ангус приложил к этому руку. Так?
— Нет, — Эдвин нетерпеливо тряхнул головой, — это не так.
— Не хочу участвовать ни в каких фокусах-покусах, называемых работой, которые ты выдумал лишь потому, что вспомнил о моем существовании, и тебе стало жаль меня. Нет, спасибо!
— Конечно, придется научиться работать с этим зверем. — Эдвин как будто не слышал слов отца. — Ты хоть немного разбираешься в компьютерах?
— Я же старый дурак. Как я могу разбираться в компьютерах?
— Тогда придется учиться. Ничего сложного, только самые основы.
— Это занятие меня не привлекает.
— Оно не займет много времени. У тебя такой склад ума, что, я уверен, все схватишь на лету.
— Откуда ты знаешь, какой у меня склад ума? Тебя не было здесь много лет. Распоследний посыльный знает обо мне, наверное, больше, чем ты.