А вернувшись через три дня, глазам своим не поверил. У избы уже стены были готовы, осталось крышу сладить и печь поставить. Похоже, не ошибся он с выбором мастера. Не зря товарищ Сталин в своё время сказал: «Кадры решают всё».
– Вторую избу рядом пусть ставят, – увидев Савченко, сказал он, – для меня, мастеров – вроде управления.
– Известь нужна, подвод двадцать, и желательно уже гашёная. Сразу подскажу: в монастырях искать надо. Они каменную кладку зачастую в больших объёмах делают, известь заранее в ямах готовят, и много.
Андрей сразу поехал в Протвино, узнал от местного священника, где монастырь располагается, а особенно – где строительство каменное идёт.
Десять дней ушло на поиски извести и перевозку её к стройке – там уже стояли две готовые избы.
– Всё, барин, не надобен ты мне более на месяц. Вот денежку, будь добр, готовь, мне с людьми рассчитаться надо.
– Отчёт к приезду составишь.
– Нешто мы не понимаем? Деньги – они счёт любят.
Андрей оставил Савченко тридцать рублей медными пятаками и копейками, а сам отправился в Москву. Времени не хватало катастрофически, он остро ощущал нужду в толковых помощниках. Самому везде просто не успеть, хоть разорвись. Только где толковых да невороватых взять? Исполнительных найти можно, а чтобы сам соображал да без подсказки дело вперёд двигал – таких пойди сыщи.
За деньгами Андрей не гнался – не они были мерилом успеха. Опираться только на два небольших заводика в Вятском крае недальновидно. Он хотел активной жизни, ставить новые производства, расширяться. При государе Петре это вполне реально, и почти все рыночные ниши не заняты. Допетровская Русь основывалась на ручном, штучном производстве, а сейчас только не ленись! Хочешь – пушки лей, хочешь – ткани тки, кирпичи обжигай, да хоть иголки производи. Андрей по образованию инженером был, в производстве толк понимал, нравилось ему создавать новое. Купечество – не его стезя. В одном месте купил, в другом – с выгодой продал. Денег лично у купца прибавилось, а государству пользы никакой. Андрей к тому же патриотом был, хоть сейчас и слово это, и понятие затёрли. Он решил для себя помогать Петру и Отчизне – всё-таки это его Родина, здесь его корни. В политику он не лез, грязное это занятие, да и дворяне не подпустили бы его близко. А в чём он силён был – так это в производстве. Им и занялся.
Самое слабое звено в армии было вооружение, вот он и занялся пушками. А ограды и крыльцо чугунное – для души это, да и, честно говоря, нос иностранцам утереть хотелось. В России ведь не только щи лаптем хлебать умели и в шкурах по улицам ходить. Отсюда и получалось: хорошо дело сделал, неплохо заработал. А тратил он много: заводик с нуля поставить, даже небольшой, многих вложений требует; да и рабочих отобрать, обучить, толковых вверх продвинуть – мастерами. Не у всех на это хватка есть, а уж если талант, так и вовсе редкость.