Перчик, увидев возникшую брешь между фигурами двойников, крикнул: «Бежим!» — и, схватив за руки Леметрию и Витера, помчался вперёд. Двойники смотрели на них, но не останавливали и не стали догонять. Когда затих шорох кустов, они уставились на фигуру Харома и вскоре превратились в маленькие его копии.
Хенк, видевший дальше, радостно засмеялся и его смех громко разнёсся по побережью, спугнув огромную стаю птиц. Даже змей, лежащий у него на голове, неожиданно ожил, а Гаркуша, прислушиваясь к эху, открыл оба глаза и вопросительно спросил: «Хенк?»
То, что увидел Хенк, вскоре обнаружили и беглецы, так как прямо с разгона врезались в лошадь, на которой восседали Марэлай, Дуклэон и Марго. Туманный Кот предусмотрительно отскочил в сторону, чтобы не попасть под копыта ошалевших от ужаса беглецов, которые свалились под ноги товарищу Тёмному.
— Мам, ты куда ломанулась? — спросил Дуклэон, взирая с лошади на Чери.
— Дуклэон, разве так говорят с матерью? — назидательно спросила Леметрия, оправившись от падения. Витер, которого Перчик, судорожно держал за руку и свалил вместе с собой, поднялся, потирая руку, внимательно изучая рыжего кота, сидящего в сторонке.
— Ты Туманный Кот! — утвердительно сообщил Витер и добавил: — Мне про тебя Перчик рассказывал.
Кот решил, что мальчик может его погладить, что тот и сделал, к обоюдному согласию сторон. Взяв Туманного Кота на руки, он внимательно слушал разговоры взрослых. Разговаривала, в основном, Чери, ощупывая недовольного Дуклэона, снятого с прекрасного командирского коня, а Леметрия, спросив у Марэлай, всё ли с ней в порядке, внимательно разглядывала Марго.
Товарищ Тёмный и Туманный Кот добросовестно и с наслаждением отслеживали её матримониальные мысли, которые, странным образом исказив действительность, решили, что у Перчика есть сын, а у неё, Леметрии, будет дочка.
— Девочка, как тебя зовут? — спросила Леметрия, разглядывая белокурое создание.
— Марго, — ответила девочка.
— Марго, ты ничья? — спросила с надеждой Леметрия и девочка её обрадовала: — На данный момент я ничья.
— Как же ничья, если ты моя сестра! — возмутилась Марэлай, внимательно разглядывая Витера.
— Какая сестра? — не поняла Леметрия, сознавая, что белокурое счастье уплывает в чужие руки.
— Она дочь Элайни и Сергея, — бессердечно разрушила иллюзии Марэлай.
— Так они живы? Тогда тем более, — воспрянула Леметрия и сообщила Марго: — Я твоя тётя, — и, показывая на Перчика, добавила: — А это твой родной дядя.
— Подожди ты с дядями, — остановила её Чери, поглядывая на Марэлай. Бесцеремонно забрав у Витера кота, она отошла в сторону и что-то горячо зашептала ему на ухо. «Я сделаю», — безмолвно сообщил коту товарищ Тёмный, бесцеремонно подслушивая шёпот Чери, и собираясь пожертвовать своей славой в угоду авторитета кота.