— Теперь пусть отдыхает.
— Я немного посижу, — сказал Моризо. Бертран, внезапно прозрев, улыбнулся и сказал:
— Утренний обход в госпитале я сделаю сам, — и подмигнул Моризо. Вера тоже хотела остаться, но Моризо спросил её, знает ли потерпевшая французский язык, на что сестра Даши ответила: «Да».
Моризо отвёл её в свою комнату, где его поджидал Себастьян, дал неё несколько капель валерьянки и попросил её поспать, чтобы завтра она осталась, как он понял, с сестрой. Вера сопротивлялась, но потом сдалась, так как напряжённый день забирал своё.
— Как её зовут? — спросил Моризо, остановившись у порога.
— Даша, — ответила Вера, вздыхая. Доктор закрыл дверь, а Вера, приложив голову к подушке, тут же заснула сном без сновидений.
Примчавшегося Семена и Мишу, Моризо к Даше не пустил, не смея её тревожить, а порекомендовал прийти с утра, когда она придёт в себя. Разогнав всех, в том числе и Себастьяна, советовавшего доктору прилечь в его комнате, Моризо присел возле кровати Даши, всматриваясь в её лицо.
Он повторял незнакомое имя «Даша», удивляясь его мягкости и душевности и, вглядываясь в её лицо, понимал, что оно ей подходит, точно подогнанное под неё. Он не заметил, как уснул, а когда проснулся, то увидел, что уткнулся в плечо Даши. Её открытые глаза, оказавшиеся совсем близко от его лица, удивлённо смотрели на него.
— Кто вы? — удивилась она, но Моризо не понял и переспросил:
— Qu'avez-vous dit[35]?
— Кто вы такой? — переспросила она на французском языке.
— Я ваш врач, — ответил Моризо.
— Почему вы спите на мне? — спросила Даша и в её глазах мелькнули огоньки.
— Простите, я наблюдал за вами, — покраснел Моризо, а Даша хмыкнула и поморщилась — плечо отдалось болью.
— Что случилось, — спросила она.
— В вас стреляли, — доложил Моризо и, подумав, добавил: — Стреляли в вашего молодого человека, а попали в вас.
— У меня нет молодого человека, — ответила Даша и, поняв, что сказала, добавила: — Он, всего лишь, мой друг.
Моризо такое положение вещей обрадовало, что не скрылось от глаз Даши.
— Вы что, в меня влюбились? — с детской непосредственностью спросила она. Видимо, укол, который он сделал, вызвал у неё эйфорию, которая ещё не прошла.
— Вы правы, я в вас влюбился, — слегка покраснев, сказал Моризо.
— А я в вас – нет, — засмеялась Даша и снова поморщилась от боли. Они молчали некоторое время, не нарушая ночной тишины, и разглядывая друг друга.
— Как вас зовут? — неожиданно спросила Даша.
— Рене, Рене Моризо, — ответил Моризо.
Они ещё долго мило беседовали и Даша слегка флиртовала с этим взрослым наивным доктором, который, она видела по его глазам, в неё по-настоящему влюбился. Даше нравилось дразнить доктора, и эта невинная забава благоприятно сказывалась на процессе выздоровления девушки, волшебным образом устраняя последствия ранения.