– Ну, физиономист, увидел, что хотел? – спросил Бурдин, когда они с Крячко и никому не нужными бумагами вышли из банка. – Ты случайно не одноглазого пирата с кинжалом в зубах рассчитывал лицезреть?
– Нет, я просто надеялся, что от моего жуткого вида Чернов упадет на колени и во всем сознается, – отшутился Крячко. – Спасибо, господин полковник. Ваша помощь была неоценима!
Станиславу не терпелось вернуться к Веселову и начать прослушивание, но пришлось везти Бурдина на Лубянку. Крячко, сколько ни высматривал, никак не мог найти машину с Тяжловым и Багаевым, которая должна была вести наблюдение за стоянкой банка.
Он уже подумал, что на машине генерального директора кто-то уехал вместо него, когда наконец нашел «девятку» с Тяжловым за рулем. Юрий сделал вид, что в упор не видит Крячко. Станислав ответил ему тем же. Теперь Крячко был абсолютно спокоен: он сделал все, что мог.
Высадив Бурдина на Лубянке, Станислав помчался к Веселову. Забежав в комнату, Крячко бросился включать устройства, принимающие сигналы от двух «жучков». Первый «жучок» был мертв, зато второй транслировал интересный разговор.
– Ты думаешь, он взялся за старое? – раздался в динамике голос Чернова Крячко показалось, что разговор ведется о Бурдине. – Думаешь, договор нарушает?
– Уверен. Наш человек сообщил, что у них была кое-какая информация, которую тщательно скрывали, – ответил Чернову незнакомый Крячко голос. – Теперь эта информация оказалась уничтоженной. Наш человек думает, что это сделал он. Скорее всего для того, чтобы мы думали, будто он отступил. А он пытается с помощью этой информации подобраться с другой стороны. К тому же кто-то сдал ментовке двух наших ребят.
– Ладно, мы подготовимся. Собственно, направить его они могли только в одно место, – проговорил Чернов и спросил: – Они молчат?
– Да. Им вменяют незаконное хранение оружия, и все, – утвердительно ответил голос. – Про их последнюю работу ничего не известно. Думаю, уничтоженная информация как раз об этом и была.
– Значит, он решил в рейнджера поиграть? – озадаченно спросил Чернов. – Что ж, доложим «папе» об этом. Думаю, придется его успокоить.
– Кассетку в театр послать? – услужливо спросил голос.
– Конечно! – рассмеялся Чернов. – Пусть девочка потешится пикантным зрелищем. Ладно, иди. Делай свое дело, а «папе» я сам доложу. Кстати, в театр раньше пяти никого не посылай. Пусть сюрприз будет полным…
Больше ничего интересного ни первый, ни второй «жучок» не передавали. Крячко не стал выключать их, поставив на запись. Станислав обернулся к Веселову, застывшему за его спиной: