Кейн подобрал Грейс прямо у выхода из галереи. Когда они ехали по направлению к Бруклину через Манхэттен-бридж, дождь, как по волшебству, кончился, кровотечение у Грейс остановилось, просветлевшее небо стало глубоким и синим, с яркими звездами и легкими пушистыми облачками.
Они ехали в квартал Маленькая Одесса, где для Грега готовился сюрприз — ужин в грузинском ресторане. Грейс предпочла бы тихо, спокойно побыть наедине с Кейном, но и это было все же лучше, чем оставаться одной, когда внутри тебя что-то невидимо разрушается.
— Рад, что ты позвонила, — сказал Кейн, выключая «дворники».
— Мне страшно не понравилось, как закончился наш последний вечер, — ответила Грейс.
— Знаю. Мне тоже.
— Я думала, ты уже больше никогда не захочешь со мной общаться после всех тех ужасных вещей, которые я тебе наговорила.
— Вы с Лэзом мои самые близкие друзья. И я не хочу, чтобы отношения между нами становились напряженными.
— До сих пор не понимаю, что на меня нашло, — сказала Грейс.
— Наверное, объелась пророщенной пшеницей, — пошутил Кейн.
— Не знаю. Но, что бы это ни было, прости меня. Мы и вправду рады за тебя.
Кейн протянул руку и дотронулся до предплечья Грейс.
— Все забыто. Просто не верится, что ты и Грег наконец встретитесь.
Грейс взглянула на мелькавший за окном пейзаж — тесно сомкнувшиеся, выстроившиеся в ряд кирпичные дома, почти неразличимые по архитектуре, разделенные отрезками, где шли сплошь одни лавки. Кейн свернул с Кингз-хайвей и проехал в центр Брайтон-бич. Мысль о том, что где-то поблизости океан, казалась Грейс невероятной. Все выглядело как на любой другой окраине, не считая вывесок на фасадах магазинчиков — даже «Дуэйн Рид» и «Барнз и Ноубл» было написано по-английски и по-русски.
Припарковав машину и пройдя несколько кварталов по направлению к главной улице, они свернули налево, в какой-то безлюдный переулок. Тут зазвонил сотовый телефон Кейна.
Во время разговора плечи его понуро опустились. «Надолго задержишься?» — расслышала Грейс. Через несколько минут Кейн закончил разговор и спрятал телефон.
— Похоже, Грег не сможет подъехать раньше конца ужина, — сказал он Грейс. — Какие-то срочные фотосъемки.
Про себя Грейс посочувствовала Кейну. В их ощущениях было больше общего, чем он мог догадываться.
Они молча шли, и вдруг перед ними откуда ни возьмись возник ресторан, ярко сияющий огнями и украшенный изнутри разноцветными лентами и красно-зелеными гирляндами. Несмотря на довольно ранний час, все столики, за исключением длинного стола, зарезервированного для гостей Грега, были заняты. Серебристый дискотечный шар под обветшалым потолком разбрасывал световые «зайчики» по увешанному зеркалами залу.