– Да что же сегодня за детский сад такой лезет из всех щелей, – рассмеялся Лоскутов. – Только одну принципиальную вывели, тут еще позер лезет. Ты хоть понимаешь, Володя, что будет со мной, если ты хоть на йоту…
– Ни на микрон! – заверил Лукин, восторженно поедая Лоскутова взглядом. – Я ж с понятиями! А этих не включили в список? Прощерина с его дружком угрюмым? Я скажу вам, Альберт Николаевич, пренеприятнейший тип этот Волков. Да и сам Прощерин не лучше. Ничего у меня с ними не получилось, не убедил я их. Зато с другими каналами все, кажется, просто отлично. Это благодаря вам, ваше протеже! Я прямо не знаю, как вас отблагодарю. Вот нагряну к вам с Любой… Любовью Михайловной и закачу вам праздник после этой командировки!
Лоскутов чуть не брякнул, что только этого еще не хватало, что только не это, но сдержался. Кажется, это теперь будет проблема – отвязаться от этого настырного родственника. Может, Любушкина сестра и этого скоро выгонит. Хорошо бы.
– Записаны, записаны, – отмахнулся Лоскутов. – Как раз Волков и записан. У него в программе вопрос президенту. Так что он прозвучит по центральному телевидению, а не ты. Извини.
– Да и черт с ними! Мне главное лицом засветиться, – весело вскочил со стула Лукин. – Ладно, я побежал. До встречи…
На эту делянку Коневский с Пашей вышли, ориентируясь по звуку бензопилы. Оставив машину на просеке, они двинулись дальше пешком, обходя свежие и прошлогодние пни и груды обрубленных сосновых лап. Низкорослый и невзрачный участок смешанной растительности здесь тянулся по краям просеки недалеко. Чуть дальше вздымались в небо стройные сосны, а пространство между стволами как бы раздвинулось и наполнилось солнцем. Идти было удобно по толстому ковру опавшей хвои. А картина прошлогодней делянки справа начинала даже угнетать.
– Бардак у них тут несусветный, – ворчал Паша, озираясь по сторонам. – Обычно корни корчуют сразу, в этот же сезон. Расчищают и высаживают семенные. А тут вон с прошлого года еще… Если не с позапрошлого.
– Я, кстати, и следов трактора не видел, – добавил Коневский. – Пилить-то они пилят, а как вывозят? Или вертолетом?
– Да ну на фиг! Какой вертолет. Это же шабашники! Скорее всего, у них расчищена просека на юг. Там до грунтовки ближе, а она сразу на старое шоссе выходит, а оттуда к станции.
– И что они тут наработают, какие-то масштабы смешные, – с сомнением сказал Коневский. Если уж заготавливают лес, то… как-то все это серьезнее происходит, фундаментальнее.
– Э-э, Серый, ты про массовые заготовки думаешь, а это частники. Они разрешение на кубатуру получили, на заготовку для частных нужд. Например, для строительства сруба дома, может, нескольких домов. Вот им делянку выделили, и возитесь как можете. А заказчик нашел пару алкашей, которые за копейки тут работать будут… Вон они!